Друзі, поки мене покинули слова, а це скоріше за все на дуже довгий час, хочу подякувати, що залишаєтеся зі мною.
Кіно не зможу дивитися також довгий період, отже я вирішив створити канал, куди буду дублювати минулі пости для англомовних людей.
Будь-ласка, підпишіться і порекомендуйте своїм англомовним друзям і знайомим мій новий канал. Підтримайте мене, для мене зараз це дуже важливо
Горжусь всеми, кто высказывается против войны и не делает вид, что это его не касается. Это касается всего мира, а тем более граждан страны, которая, четыре дня назад, объявила нам, украинцам, полномасштабную войну.
Я знаю, что моя аудитория состоит на половину из русских ребят. Я надеюсь, что вы не будете сидеть сложа руки и молчать. Пожалуйста, действуйте — мы, вы, должны, как можно скорее остановить это!
Позади четыре худших дня моей жизни, впереди — неизвестность. Я верю, что мы справимся, мы защитим свою страну от мразей, которые в неё вторглись, и продолжают делать вид, что это не так.
Войны не должно быть, это ужасно. Украинцы — мы самые сильные люди, и мы это доказываем всему миру.
Мир — мы нуждаемся в помощи и поддержке.
Держитесь! Мы не должны сдаваться. Помогайте армии, берегите себя и близких.
Я не знаю, посмотрю ли я когда нибудь ещё кино, напишу ли я о нем, буду ли я жив. Ничего не знаю, знаю, что мы победим, потому что за нами правда — все всё видят!
Я с вами, мои любимые. Надеюсь, найти слова и силы, чтобы начать писать, только уже не о кино, а о жизни.
Дальше только на украинском, всем сил!
🇺🇦❤️
Кими — не выходи из комнаты. Ковидный Стивен Содерберг лихорадочно о тревожных людях, к которым лучше не приближаться. В главной роли синеволосая Зоя Кравиц сражается против воспалившегося зуба, банды гопников и собственной обсессии. Кими, заводи это дерьмо
Очень тихо в украинский прокат с 17 февраля выходит один из самых ожидаемых фильмов года — «Лакричная пицца» Пола Томаса Андерсона в оригинале с субтитрами
Купе номер 6 — запах креозота, перегара и грязных волос не снять на камеру, как и не понять тех петроглифов, что повисли в воздухе, остаётся только дышать всем этим, запрокинув голову. Гран-при Каннского кинофестиваля 2021
Аллея кошмаров — Сатурн, пожирающий своего сына.
Новый Гильермо дель Торо остенсивно тычет пальцем на ужас человеческой природы, пугает это не меньше, чем чудовища и сверхъестественное, которых на этот раз нет
Параллельные матери — We should all be feminists. Деды и отцы смотрят на нас с фотографий, а мамы и бабушки убаюкивают, прижимая к груди. Новый Педро Альмодовар на большом экране
The Fallout
Борьба с посттравматическим синдромом длится вечность, а всего шести минут достаточно, чтобы эту борьбу завязать. Зумеры, пережившие стрельбу в школе, пытаются начать новую жизнь, попутно спасаясь алкоголем, наркотиками и друг другом — невозможно за этим наблюдать с сухими глазами
Этот дом — дом, который построил Архитектор (читать, как Бог). Это зловещий смех над теми, кто в нём живет (над нами) и цепляется когтями за его материальность. Как бы жутко это ни было, в конце концов, у утопающего будет шанс на собственный ковчег
Пир — застывшая месть на веснушчатом лице. Она является на пороге холодного дома, окружённого тёплой природой, с мокрыми волосами, оставляя едва заметные земляные следы, чтобы помочь приготовить ужин из трех блюд. Валлийский язык — пряность чудного Уэльского Арт-хоррора, который не все смогут обглодать
Люди — все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая нестастливая семья несчастлива по-своему. Ох, сколько безысходности в этих прогнивших трубах, холодных стенах и запотевших окнах — прям, как в людях
Станция одиннадцать, сериал — произведение искусства. По-другому и быть не может, если речь в нём идёт об искусстве, как о единственном шансе спастись в постапокалиптическом мире
Трагедия Макбета — не слушайте, что вам нашептали вороны, даже если они изящно изгибаются и кружат над вашей головой — есть шанс потерять её. Джоэл Коэн впервые без брата, но с женой — Фрэнсис Макдорманд, дарит ей обещанную роль, а нам очередного Шекспира