Один из главных концептуальных столпов христианства — свобода воли, которой в полной мере обладает человек. Человеческая свобода воли — концепция, которая противоречит всемогуществу Бога. Один из ответов на вопрос «может ли Бог создать камень, который не в силах поднять?» звучит так: «да, и этот камень — человек». Человек может творить добро, или зло — никто ему не указ. Каждый раз он принимает свободное решение сам, и ни Бог, ни Дьявол не могут решить за него. Из этого следует, что воля всемогущего Бога кончается там, где начинается воля его далеко не столь всемогущего творения. А значит Бог не является абсолютным. У него обнаруживается предел, и предел довольно существенный. При этом Бог, имеющий какие бы то ни было ограничения, уже не является тем самым Богом с большой буквы, так как абсолютность и беспредельность — одно из имманентных свойств этого понятия. Как стол перестает быть столом, если убрать у него столешницу, так и Бог перестаёт быть Богом, если у него обнаруживаются границы. Либо он не имеет ограничений, либо мы используем неверный термин. Как же разрешить это противоречие? На самом деле оно существует лишь до тех пор, пока мы видим Бога и человека чем-то сущностно разным. Ключ к этому парадоксу на мой взгляд в осознании того, что воля Божья, и моя воля — это по сути одно и то же. Сочетаются они в той же степени, как капля с океаном, или свет лампы со светом всей вселенной. Моя воля есть частное проявление воли Единого. По сравнению с делами Творца она может выглядеть мелко и жалко, но это то же самое. Концепция о тождестве природы воль может быть довольно опасна, так как на относительно низком уровне развития структуры сознания она может давать обоснование для реализации ряда разрушительных и вредоносных порывов. Почти уверен, что по этой причине концепция и не тиражируется в массы. Она может дурно влиять на человека через рост его ЧСВ. Но игнорировать её тоже нельзя, так как противоположная концепция о разности бого-человеческих природ в какой-то момент становится закрытыми воротами, в которые можно долбиться долго и безуспешно. Нахождение в себе «искры божьей» распахивает эти ворота в осознании того, что через нас действует Бог, нет другой воли, кроме Его воли, и каждый из нас есть частное проявление Его. Эти рассуждения идут об руку с рассуждениями о том, что падение Люцифера, грехопадение Адама, творение мира таким, какой он есть, жизнь, включающая в себя грех, неведение, омрачение — всё это происходит прямо по воле Бога через каждого из нас, и с этим нет никаких проблем. Господь творит историю, проявляясь в забвении частями своей единой природы. И вот уже кто-то, не ведающий себя океаном, говорит: «я переспал с этой женщиной, несмотря на то, что она замужем, и сам я женат, потому, что я хотел этого. Такова была моя воля!». И это то, как капля, высохнув под лучами солнца, и выпав дождём, смешивается с придорожной пылью, и начинает считать себя чем-то отдельным и грязным. Но таков и был замысел! Такова и была большая, общая воля. Капля не перестала быть океаном. Суть не изменилась, и Единый по прежнему един и неделим. Христиане не говорят об этом, но шиваиты учат, что у Господа есть пять божественных сил. И среди этих пяти — разрушение и омрачение. Без этих сил нет мира, и нет полноты. Господь же, это полнота — поэтому есть всё.