Чем больше думаю о парменидовской концепции бытия\небытия, тем глубже поднакрывает. В отличие от всякой прочей метафизики, где из небытия каким-то образом что-то возникает, или бытие как-то с небытием взаимодействует, или, если проще, небытие существует хоть в каком-то смысле, у Парменида всё просто - бытие - то, что есть; небытие - то, чего нет. Типа, слово есть, но за ним не стоит ничего. Если нам кажется, что за ним что-то стоит - то это таки тоже бытие, чем бы это ни было. Небытие - то, чего нет совсем, вообще ни в каких смыслах. Парменид выводит из этой истории кучу всего, и в первую очередь абсолютность бытия, и некоторые из его характеристик, типа неизменности и неделимости. А я вывожу кое-что ещё. Вывожу не сразу, и не просто. Собираюсь избавить вас от обоснования каждого из тезисов, и просто выдам результат. Об Абсолюте, или парменидовском бытии можно говорить, как о Любви, Истине и Свете в предельном значении всех этих слов. Противоположностью Истине, например, будет ложь. Ложь - это слово, за которым ничего нет, не стоит никакого означаемого. Ложь - это небытие, рассказ о несуществующем. Бытие есть, а небытия нет. Истина - всё, что есть, или бытие. Ложь - то, чего нет. Светоносная природа бытия - это про внимательность к миру, в котором мы обнаруживаем отсутствие тьмы, как феномена. Если нам кажется, что где-то темно, мы просто плохо присмотрелись. Стоит нам приложить чуть больше усилий, потратить чуть больше времени на изучение тёмных пространств, и мы обнаружим, что вся кажущаяся тьма на деле соткана из света - каждый миллиметр каждой тёмной поверхности искрится миллиардами светящихся точек. Для тех, кто этого ещё не обнаружил, может звучать, как бред. Но те, кто имеет сходный с моим опыт, понимают, о чём я говорю. Всё, что есть - свет, а тьма - это ложь. Её просто не существует, подобно небытию, ни в каком из смыслов. Противоположность любви - страх. Страх возникает, когда мы верим в ложь о том, что тьма действительно существует, или небытие есть реальность, что оно в каком-то смысле есть. Это есть страх смерти, страх перехода от бытия к небытию. Парменид усмехается в свою античную бороду, и на пальцах объясняет, что переход к тому, чего нет, невозможен. Когда это становится нашим актуальным опытом, страх уходит, всё наполняется любовью и светом, и мы, освобождаясь от лжи, обнаруживаем себя тем, чем всегда и являлись. Античная философия иногда штырит круче, чем дзен.