"Кислярский посадил страшных знакомцев в экипаж с посеребренными спицами и подножкой и повез их к горе Давида. На вершину этой ресторанной горы поднялись по канатной железной дороге. Тифлис в тысячах огней медленно уползал в преисподнюю. Заговорщики поднимались прямо к звездам. Ресторанные столы были расставлены на траве. Глухо бубнил кавказский оркестр, и маленькая девочка, под счастливыми взглядами родителей, по собственному почину танцевала между столиками лезгинку. - Прикажите чего-нибудь подать, - втолковывал Бендер. По приказу опытного Кислярского были поданы вино, зелень и соленый грузинский сыр. - И поесть чего-нибудь, - сказал Остап". (Ильф и Петров, "Двенадцать стульев", 1928 год)