Пятнадцатый год имеет зелёный цвет.
Кому-то с оттенком хаки, кому-то - нет.

В маленьких спаленках по ночам остаются заперты
дети с гуашью, доказывающие Альберта.

В глазах у детей - Вселенная в нужном срезе.
Там, где дуло - глагол,
стволы - у лесных деревьев.

Полторы сотни лет взрывается Бетельгейзе.
Ровно столько же мы киваем им, не поверив.

Самое время благодарить друг друга, ведь ты
и я,
как гуашь и бумага, небесполезны.

Наши дети рисуют зелёным
такие цветы,
какими потом подавятся ружей чёрные бездны.

Так пятнадцатый год оживляет нас изнутри.
На обугленном пастбище стебельком прорастает vita.

Пустоты больше нет. Вот звезда, вот её орбита
в тридцать три остывающих литеры алфавита.

Вот Москва, Вашингтон, Тбилиси, Кабул, Багдад.
Словно зная врождённую заповедь "будь готов",

наши дети разучивают
названия городов,
в которых танки больше не выстрелят никогда.

__
Сергеев.