Меня очень сильно раздражают статьи и книги о лингвистике с разделами "слова, которых не хватает в нашем языке".

(Другое дело - пособия, которые помогают переводчикам найти максимально приближенный к оригиналу вариант.)

Обычно там фигурируют забавные, но довольно бессмысленные для русских реалий понятия, которые просто не имеет смысла называть отдельным словом в русском, но в другом языке такое слово необходимо - потому что оно отражает языковую картину мира - наш взгляд на окружающую действительность.

В русском всего хватает – а если нет, всегда имеется несколько моделей появления слов (сейчас очень коротко):

заимствования (иногда даже несколько раз, как было с йогуртом);

переосмысления «старых» слов (слово «тролль»);

изобретение новых слов. Достоевский считал себя автором слова «стушеваться», а Карамзин изобрел «промышленность».

Я недавно прочитала статью, которая возмутила меня до глубины души.

Автор пишет о лексических лакунах в русском не с точки зрения отсутствия эквивалентных параллелей при переводе с других языков (например, непереводимый немецкий Angst или английское excited), а с точки зрения отсутствия слов для "реалий".

Вот примеры того, для чего нам необходимы новые слова!

1. "Учащиеся, мотивированные исключительно отметкой или документом об образовании";
2. "Человек, пытающийся занимать в зрительном зале места более дорогие, чем те, на которые у него есть билет";
3. "Чувство, возникающее у человека, слышащего справедливую критику тех, кто ему близок и дорог".

Мне, например, очень часто не хватает слова для того, чтобы описывать псевдонаучные исследования, которые публикуют котируемые в науке журналы, но вот самое близкое к этому понятию – слово «ярость».

Для того, чтобы понимать, почему мы не можем взять и придумать слова для всего на свете, нужно понимать, как работает язык.

Если есть явная незаполненная лексическая лакуна, а носителям слово очень нужно, она в итоге заполняется.

Отличный пример - лексика, которая связана с коронавирусом. Сейчас ковид в русском - обычное существительное мужского рода, которое склоняется по второму склонению со всеми соответствующими формами (ковид-а, ковид-у, ковид-ом и пр.).

Часто бывает так, что через некоторое время явление или понятие исчезает - а за ним и слово. Так было с пейджером, который устарел, не успев выйти из категории новых слов. Так наверняка будет со словами вроде ковида и самоизоляции, когда в них больше не будет необходимости.

Не стоит забывать, что язык - наше отражение, и он меняется в соответствии с тем, как меняемся мы, и к счастью, ни один филолог не в силах единолично менять эту систему.