Кажется, в жизни Шинейд ОʼКоннор была одна любовь, которая ее не покинула, — бог. Для связи с ним у нее была собственная линия — ее песни; игнорируя любой регламент, она называла его то Христом, то Вишну, то Аллахом. Бог открылся ОʼКоннор через музыку — в стенах дублинского приюта Магдалины, куда она попала неблагополучным подростком с клептоманией, унаследованной от матери. Одна из монахинь дала ей гитару и тетрадь с текстами Боба Дилана — возможно, он оставался с ней до последних минут.
По ссылке — текст полностью.