Вот еще немного мыслей к моей колонке о поломке социальных лифтов в музыке — и дискуссии о ней Коля Редькин справедливо замечает, что я говорю исключительно о спринтерах, но забываю про марафонцев. Это правда. Мне действительно не достает кейсов вроде «Девочки с каре» или взлета ooes. Но Коля дальше уводит читателя к общему выводу о том, что спринтерская тактика — это когда «быстро взлетел и так же быстро приземлился». Так работает не всегда — есть пример артиста Матранга, который «Медузу» не перебил, а просто перешагнул, начав играть другую музыку. Тот же Мукка собирает миллионы стримов, ездит в туры, наслаждается рок-ренессансом — и все у него хорошо. Лиза ooes продолжает перформить старыми треками. Социальный лифт подбрасывает тебя наверх — а дальше все зависит от тебя. А еще мне не кажется, что история марафонцев (от Оксимирона до Локимина или Бульвара Депо) — это именно про социальные лифты. Что такое лифт? Это то, что быстро довезет тебя наверх. ЛСП, Скриптонит и прочие, скорее, поднимались по социальной лестнице. Или нет, даже карабкались по социальному канату. Понятно, что мускулы так накачать легче — они понадобятся, чтобы растолкать всех наверху. А еще Коля Редькин ждет новых марафонцев в 2024 году. Мне тоже хотелось бы увидеть натренированных марафонцев, наточивших свой крафт до абсолютного блеска. В конце концов, так творятся истории. Мне гораздо интереснее почитать и послушать про десятилетний страггл группы «Дайте танк (!)» от поэтических капустников в Коломне до «Стадиума», чем смотреть на графики роста артиста из чартов в жанре «утром на велике, вечером на гелике» от зачарованных индустриальных менеджеров — в таких случаях сразу вспоминаю великий мем Stonks. Другое дело, что никаких графиков роста больше нет, потому что спринтеров нет. Но вот будут ли условия для марафонцев? У меня нет ответа на этот вопрос — но я вижу, как коридор возможностей сужается. Все-таки в 2013 жить в кайф, как Макс Корж, было гораздо проще.