Мама тогда была библиотекарем в коррекционной школе-интернате, и иногда, как самая молодая на фоне шестидесятилетних учительш, помогала организовывать детские праздники: делала презентации, монтировала видеоролики, придумывала сценарии.

В тот раз ее попросили помочь с выпускным, и мы с ней пошли в темный и прокуренный подвальный компьютерный клуб — скачивать на болванку подходящие песни и видеоклипы.

Шум стоял ужасный — десятки жёлтых пальцев одновременно били по клавиатуре, управляя вооруженными персонажами компьютерной игры, а сами владельцы пальцев издавали то победные, то разочарованные крики.

— Молодой человек, поможете нам? Я хочу найти клип, помните, там Шевчук и ещё кто-то ходили по парку и ногами жёлтые листья переворачивал? «Последняя осень», кажется, или просто «осень». Вот, да, он, как нам его загрузить?

Волосатый парень из-за соседнего компьютера показал, поставил на закачку, а заодно посоветовал маме песню, под которую на выпускной дискотеке сиротам с задержкой развития будет танцеваться особенно хорошо.

Чтобы понять, насколько зайдёт песня «ее детям», мама включила ее и спросила моего детского мнения.

Но я застеснялся его высказывать: все-таки вокруг такие крутые ребята сидят, неловко перед ними быть восторженным. Я пожал плечами, самой маме песня не понравилась, поэтому на дискотеке выпускников коррекционного интерната так и не зазвучала «Ели мясо мужики» известного всем коллектива.