День был морозный, январский. Брусчатка, окаймлявшая пруд, покрыта льдом. Пару раз подскользнувшись и всё же удержавшись на ногах, я продолжал прогуливаться вокруг пруда.
Мне нравится быть одному. Никто не говорит ни слова, я иду и слушаю свои мысли. И как они все в моей голове умещаются?
Я смотрю на людей. В мире ничего интереснее человека нет. Удивительное создание, не понимающее, насколько оно прекрасно.
Вот женщина. Маленькая сумка в одной руке, мужчина — в другой. В обеих руках — отголоски ее утерянной красоты. Ей под пятьдесят.
Вот молодой человек. Его лицо не сочетается с глазами: они живые-живые, умные, залитые мыслью до краев, что удивительно, ведь они бездонны. А лицо мертвое-мертвое.
И я иду. Что во мне видят люди? Я в себе ничего не вижу. Мне временами кажется, что зеркало отражает не совсем нас. Мы в нем видим нас нашими глазами. Но разве мы — те, кем себя видим. Нет, нет. Мы те, кем нас видят другие.
Эта бабушка приехала из другого города. Не знаю, что она у нас делает, знаю лишь, что года два тому появилась она в моем дворе. И больше — ничего не знаю.
Она упала. Не стоит ходить в таком возрасте одной по гололеду.
А люди мимо идут.
Вот парень подбежал к ней, хочет помочь. Не справится он один. И я уж подошел. И мы вдвоем помогаем ей подняться.