В ладони крепко сжимая звезду, что сто лет назад с неба на землю упала, я, как умел, прославил все, что меня окружало. Многоэтажки, что всем, кроме меня, надоели, от поцелуев мурашки, которых теперь не заметить на теле, луну, которую смачно обсасывает небо, как леденец, который, сквозь тихую ночь, пронзил шпиль всего, где я ещё не был.