— Посмотри, как крошится земля под ногами, Как зияет внизу пустота! Я так верила в твёрдый, незыблемый камень: Как случилось, что вышло — вот так?
— Не смеши. Ничего здесь крошиться не может. До земли — почти вечность пути. Ты сама была дьявольски неосторожна. Ты сама так решила. Лети.
— Я не верю тебе. Я ведь помню, как было. Помню много весенних дорог… А теперь каждый камень — куда б ни ступила — Чёрной пылью летит из-под ног.
— Оглянись. Где ты, глупая, видишь здесь камень? Здесь от века — одни облака. Здесь так пусто, что можно потрогать руками, — Что ты здесь продолжаешь искать?
— Я жила здесь, я знала, что жизнь здесь прекрасна, Здесь вьюнка извивался побег, Маки в гуще травы были огненно-красны… Замолчи! Я не верю тебе.
— Ты мне можешь не верить. Попробуй не слышать, Как ревёт восходящий поток. Ты ходила по воздуху смело, но вышел Твой недолгий отпущенный срок.
— Замолчи, мне вот только ещё не хватало Всех твоих поучений опять! Воя ветра в ушах мне, по-твоему, мало? Надо вовсе в куски разорвать?
— Замолкаю. Я вижу, ты всё-таки слышишь, Хоть пока и не хочешь смотреть. Думай впредь, прежде чем забираться повыше. И — удачно тебе долететь.