Я сдалась. Я с позором убежала с поля битвы, как русские войска с Аустерлица. Я бросила театр, а вместе с ним – свою тайную влюблённость в Питера Пена. Да-да, теперь из близкого друга Димки он снова превратился для меня в далёкого, недосягаемого персонажа на острове Нетландия. Отчасти я сама была в этом виновата: построив вокруг бетонные стены, я решила больше никого не подпускать к себе так близко. Чтобы лишний раз не ранить и так израненное сердце.
Предприимчивая Ксюша быстро сориентировалась: они с Димой ходили по университету «за ручку», чуть не целуясь. И выглядели вполне счастливыми. Мама с папой видели мой духовный и моральный упадок, утешающе приобнимали меня и повторяли: «Ничего, ничего. Так и надо. Всё к лучшему».
Так и надо, всё к лучшему – эта фраза стала девизом моей новой, безликой жизни. Жизни, в которой я больше не видела никакого смысла.
В день премьеры «Вишнёвого сада» Ксюша с Димой подошли ко мне вальяжной походкой и невинно поинтересовались:
- Ты придёшь? - Нет, мне нужно сидеть с сестрой. - Жаль, - коротко ответила Ксюша. - Мы были бы рады, если бы ты пришла, - неожиданно грустно сказал Дима и, кажется, хотел добавить что-то ещё, но Ксюша «под локоток» увела своего кавалера в обратную сторону.