Обложка канала

Нетипичные мысли

Короткие рассказы и зарисовки с глубоким смыслом на каждый вечер.

Нетипичные мысли

7 лет назад
Открыть в
#Рассказы

ПОСЛЕДНЯЯ ЗАГАДКА. Часть III

Толик спокойно открыл глаза, так же высокомерно, как и раньше, посмотрел на замершую меня и сказал:

- Ты что, влюбилась, что ли?
- Очень надо, - покраснела я.
- Вали-ка ты отсюда, Егорова. Не мешай.
- Я уйду, это несложно. Но я боюсь за тебя. Вдруг ты там, в своих интровертных мыслях, придумываешь, как затянуть петлю себе на шее?..
Толя испуганно вздрогнул.
- Это ты брось, Егорова… Брось.
Несмотря на дрожь, вдруг возникшую в кончиках пальцев, я больше не могла выдерживать такой волны негатива.
- Прости, Толь, если обидела. Счастливо оставаться.

И я радостно помчалась к заскучавшим подружкам, а Толя равнодушно уставился в серую стену. Стеклянными глазами, прямо перед собой.

Загадочному молчуну понадобился месяц, чтобы оправиться от шокового состояния, в которое я ввела его своим нашествием. За этот месяц пристальный взгляд Толика всё чаще останавливался на мне – подружки довольно хихикали и подшучивали:

- Оль, похоже, тебе кавалер нашёлся!
- Уж не влюбился ли в тебя наш молчун?

Я отнекивалась и краснела. А у самой на душе было как-то тревожно: действительно, зачем постоянно на меня так смотреть?..

В мае, на уроке физкультуры, дело приняло критический оборот. Все, кроме меня и Толи, бегали кросс. Мы сидели на помятой тёмно-зелёной траве. Я тщательно пыталась делать вид, что увлечённо читаю учебник по физике. Толя как обычно был занят высоким: смотрел в пространство.

- Слушай, Егорова…

Его низкий голос прозвучал так гулко над притихнувшим стадионом, так неожиданно, что я выронила из рук учебник по физике.

- Я так и знал, что не интересно тебе это, - ухмыльнулся Толик, глядя на валяющийся в траве учебник.
- Ты это хотел мне сказать?
- Отнюдь нет. Ты меня тогда спросила… В общем, я долго думал, как бы тебе объяснить…
- Что объяснить?
- Тьфу, бестолковая же ты, Егорова!
- Знаешь что?! – гнев, обида, которые накопились во мне во время напряженного молчания, смущения и сердцебиения, наконец-то могли выплеснуться наружу. – Будешь обзываться и оскорблять меня – поднимусь, уйду и даже не посмотрю в твою сторону! Ты снова останешься один, интроверт несчастный. И тебе некому и нечего будет объяснять.

Я встала с газона, яростно поправляя помявшуюся юбку, и услышала тихий – мурашками по коже – голос. Голос из души.
- Оля… Пожалуйста, не обижайся. Прости, я знаю, что у меня дурной характер. Буду ждать тебя у школы после уроков. Надо поговорить.