#Рассказы

РАЗРУШЕННЫЕ ИЛЛЮЗИИ. Часть IV

- Кристинка, ты видишь? Мы пьём за твой дебют! – ухмыльнулся высокий молодой человек с чёрными вороными волосами.
- За твой дебют, Кристина! Выйти в платье, которое на два размера больше тебя, - это определённо успех.
- Зал чуть не прыснул со смеху.
- А куда же делось твоё старое платье? Может, осталось в квартире нашего режиссёра после страстной ночи?

Кристина сделала отчаянную попытку протиснуться к стоявшему в углу дивану и схватить сумку, но всё тот же брюнет преградил ей дорогу:
- Это дурной тон, Кристинка. Выпей с нами.
- Тихо! – испуганно прошептала крашеная блондинка. – Ребята, шухер. Худрук идёт.

Брюнет толкнул Кристину, и она повалилась на диван, бросил на пол пустую бутылку… Через секунду в комнате никого не осталось.

Худрук тоже играл в этом балагане злонравия определённую роль: его боялись, потому что он всё знал.

- Что произошло?
- Ничего особенного.
- Поэтому здесь такой бардак?
- Валерий Михайлович, вы сами понимаете, что я здесь не при чём, - твёрдо сказала Кристина.
- Но я должен до конца сыграть свою роль, верно? Твоя труппа хочет, чтобы тебя застали с поличным и отняли половину зарплаты. Значит, я, как худрук, заботящийся о своём театре, должен исполнить их желание.
- Разве вас устраивает такая жесткая обстановка? Вот Станиславский писал, что весь мусор – и материальный, и духовный – перед входом в театр надо оставлять за порогом.
- Станиславский был умный человек, но он многого не понимал. Человеческой психологии, в частности. Когда есть конкуренция, есть зависть, каждый актёр выкладывается на сцене в полную силу. Он хочет казаться лучше своего соперника. Эта жёсткая, как ты говоришь, обстановка держит вас всех в тонусе. Не даёт расслабиться. Поэтому я не собираюсь что-то менять.
- Но зачем вы взяли в свой театр меня? Ведь вы с самого начала понимали, что я - совсем другой человек.
- Именно. Моя труппа начала хандрить – твой приход их встряхнул. Сегодня они снова играли в полную силу, и зал аплодировал стоя. Так что все останется, как есть. В качестве моральной компенсации могут дать тебе пару выходных дней.

В эту же ночь Кристина собрала вещи – и уехала на полуночном поезде в Питер. Вовсе не потому, что здесь жили друзья и родственники. Напротив, она всегда приезжала в Северную столицу в полном одиночестве, когда надо было что-то как следует обдумать. И когда на душе становилось так паршиво, что наполнить её блаженной тишиной не мог ни один суетливый москвич.