В смонтированном интервью с режиссером и худруком на заднем фоне кто-то лез под потолок вверх по лестнице (зачем - мне так и не удалось выяснить). Пиар-директор позвонила мне и сказала, что это недопустимо - когда в кадре кто-то поднимается по лестнице, да ещё и задом. В результате я потратила ещё два дня на то, чтобы переснять всё. И больше никаких лестниц и бегающих на фоне людей - только однотонные белые стены (в нашем театре стен другого цвета нигде нет, увы).
Когда я задержалась перед уходом, чтобы как всегда поболтать с актерами, мимо нас пронесся Леня (тоже актер) с гитарой в руках и мимоходом поинтересовался, кто умеет ее настраивать. Неожиданно выяснилось, что умею только я. С тюнером, разумеется. На ходу мы настроили гитару, и сильно похудевший за лето Леня с усами и кудрями, как у персонажа из фильма Э. Рязанова "О бедном гусаре замолвите слово" помчался дальше, на репетицию.
Я в очередной раз подумала, что в театре даже специалист по пиару должен уметь все: и видео снимать, и гитару настраивать...