Доверие вначале и самоволие в конце

Когда Исаак состарился и притупилось зрение глаз его, он призвал старшего сына своего Исава и сказал ему: сын мой! Тот сказал ему: вот я. Он сказал: вот, я состарился; не знаю дня смерти моей; возьми теперь орудия твои, колчан твой и лук твой, пойди в поле, и налови мне дичи, и приготовь мне кушанье, какое я люблю, и принеси мне есть, чтобы благословила тебя душа моя, прежде нежели я умру. Ревекка слышала, когда Исаак говорил сыну своему Исаву (Бытие 27:1-5).

Ревекка видит, как ее старший сын Исав направляется в шатер к отцу. Тотчас же у нее возникает подозрение. О чем это они собираются говорить вдвоем?
Между нею и Исааком нет больше прежних теплых отношений. Ее семья больше не единое целое, она разобщена. Одну часть составляют Исаак и Исав, а другую она и Иаков.
Она не догадывается спросить у Бога совета в отношении своих планов. Ведь Он дал ясные обетования на будущее.
Ревекка настороже, предчувствуя что-то неладное. Не сказал ли Бог ясно еще до рождения детей: „Больший будет в порабощении у меньшего“? (Рим. 9:10–12) Из-за неверных действий Исаака Божий избранник будет обойден. Это ни в коем случае не должно случиться.
Взирая с высоты прожитых лет, она поняла, почему Бог возлюбил Иакова. Исав показал, что он не принимает всерьез заповедей Божьих. Свое право первородства (Втор. 21:15–17), которое свято в очах Божьих (Исх. 13:2; Евр. 12:16–17), он цинично променял на чечевичную похлебку (Быт. 25:29–34). И взял себе в жены язычницу.
Чтобы получить право первородства, Иаков действовал нечестно и с великой хитростью. Но, во всяком случае, он показал, что верит в это право и ценит его. Этим он ближе к Богу, чем его брат.

-