Старый, в возрасте или охуенчик Здесь или там примерно раз в пару дней меня догоняет материал о том, как повернуть время, не стареть, положить молодость в карман и не постирать в машинке. В ранние двадцать это казалось даже смешным – постареть, хотя ветерок по загривку гулял, особенно если осознаешь, что тебе уже не 16, а какие-нибудь 24, а ты еще не там не знаю где. Там, про которое все говорят или там, где тебе казалось люди в 24 должны быть. После 28 было страшно провалиться под лед 30. Это же место, откуда не возвращаются. Там есть только ботокс, филлеры, саплименты, истончающиеся волосы, усердный спорт и попытки сохранить все, что еще не успел проебать. В 30 и после интерес к движению по встречной угас. Просто выпал из головы, оборвав нейронную связь. Что случилось – страх по волосам улетел вместе с ними, обещанные морщины толком не подъехали, а стереотипы, что дальше жизни нет остались на дне стакана с дешевым витамином С. Другого в двадцать не было. 33 года, 26 июля. Что имеем: щурюсь перед зеркалом, чтобы еще разок взглянуть на морщинки – люблю каждую. Провожу рукой по свежевыбритому затылку и обожаю эти обновление и чистоту. Всматриваюсь в зеленые глаза и вижу каждый прожитый день – все равно что держать себя за руку. И главное осознание: возраст равен опыту, а опыт – единственное и лучшее, что у меня есть. Что есть у каждого. Это опора, это сегодня и завтра, это ты. Он кроет любую пубертатную молодость и гладкое упругое все. Это самая сексуальная часть тела. Именно он научил быть рядом с личностью, а не набором физических признаков. Ты читаешь, разгадываешь и фантазируешь, а не работаешь с прямым срезом дерева. Отсюда и удивление, что на рынке котируется молодость, даже выдавленная из себя и сделанная, а не история. Мы же все заслушивались Behind Blue Eyes, Limp Bizkit, а по итогу свалились к запросам в гугле What’s like having a jawliine so sharp it could cut glass и вернулись к ранним портретам Эди Слимана подростков, чью принадлежность невозможно осознать пока не снимешь майку.