В субботу разбирали с подругой на запчасти, куда удалось прийти за последние пять лет. Практика посмотреть назад через плечо оказалась крайне приятной и полезной. Чуть позже удивился, когда услышал, что ее сильнейшей мотивацией были прошлые неудачи, особенно романтические, и что для нее нет двигателя лучше, чем видеть как бывшие продолжают жить жизнь, пока ты оплакиваешь не случившееся с включенными фарами. То ли то, что мы знакомы с 6 лет, то ли то, что мы из одного городка, но love / hate сработал и для нее. Четыре бокала спустя, уже с расстегнутым ремнем, вспомнил, как хорошо, когда тебе хорошо. Когда в Москве лето, когда солнце сменяет дождь, когда костюм не жмет и в мышцах не молочная кислота, а дофамин. Звучит крайне скучно и банально, зевать хочется, но как человек, который не досчитывается 6–8 месяцев в году из-за минуса, такие дни и недели, если повезло, имеют крайнюю степень важности. А тот факт, что способен поддержать 4–6 часовую беседу, доставляет исключительное удовольствие. Терапевт иногда напоминает, что без нефтяной скважины под диафрагмой мог бы быть другим человеком, который вряд ли бы мне понравился. Финального ответа у меня нет, кроме того, что только когда-то сломанная спина заставляет сидеть прямо.