Один из журналистских жанров, которых мне не хватает на русском, — исторические нарративы, то есть фактически репортажи про прошлое, в которых используются все те же корреспондентские методы, но при этом нет ни одного живого источника (потому что все умерли). Первыми такое по-русски начал делать не «Холод», но мы стараемся развивать. Вот свежий пример — «Медиазона» XVII века. История крестьянки, которая тяжело заболела и выздоровела после видения, порекомендовавшего ей предсказывать людям будущее. Дело было во времена Бориса Годунова; в будущем жители Московского царства были очень не уверены, так что следующие несколько десятков лет услуги Дарьи, гадавшей на блюде с солью, были востребованы как ее соседями по селу, так и московской элитой, князьями и боярами. А в эпоху Алексея Михайловича, когда жизнь более-менее устаканилась, ее все-таки поймали и судили. Больше всего меня поразило, насколько даже в документах 400-летней давности много подробностей, позволяющих сделать живой нарратив. И сколько же еще таких классных сюжетов — а история Дарьицы и про власть, и про смутные времена, и про гендер, и про веру — лежит нерассказанными. holod.media/2022/10…n_russia