Месяц назад я неожиданно для себя сочинил колыбельную. Дело было в том, что моя жена, великая журналистка Нина Назарова, впервые в жизни нашего сына Тимофея уехала в командировку на несколько дней — а главное, ночей. В прежние времена лечь спать без мамы ему помогал отеческий палец, но в теперешнем возрасте это уже не работает. Я готовился к худшему, а в итоге как-то спонтанно выдал маленькую песенку, в результате исполнения которой Тимоха задрых. Ощущалось это как обнаружение в себе биологического: полтора года исполнять ребенку перед сном Гребенщикова и Тома Йорка, чтобы в самый решительный момент породить примитивное «баю-бай». Все это приключение было устроено, чтобы Нина попала во Францию в тот самый момент, когда мама из Угледара — это город в Донецкой области — впервые за пять месяцев увидела своих шестерых приемных детей. Когда началась война, дети были в санатории в Мариуполе. Дальнейшие приключения этой семьи — это наполовину coming of age история, наполовину роуд-муви. Взрослые двигаются на запад, пока детей везут на восток. Мужик лезет на недостроенный дом, чтобы поймать связь и написать пост в фейсбуке о том, что в санатории под обстрелами сидят дети. На блокпосте военные разворачивают машину, едущую в Украину, в ДНР. 17-летний парень громко включает песню про Бандеру с телефона у военной части в Донецке и заводит роман с девушкой в местном туберкулезном диспансере. Родители отказываются жить в Германии, потому что там холодно, и попадают во французскую деревеньку, где мэр и его муж приглашают их на семейный ужин. Дороги родных долго расходятся в разные стороны — но потом каким-то чудом и усилиями добрых людей все-таки сходятся вместе. В общем, это редкая для военного времени счастливая история, при этом наводящая фокус на очень стремную проблему: россияне вывозят с оккупированных территорий украинских детей — сирот и тех, кого посчитали сиротами, — и фактически их крадут: есть кейс про детей, которых уже отдали под опеку в Подмосковье и которые рассказали российскому госканалу, что у них есть бабушка в Мариуполе. Если бы я выпускал этот материал, я бы попытался сохранить интригу в заголовке и лиде — чтобы читатель до момента, когда родители вместе с донецкой волонтеркой наконец не продавливают вывоз детей в Европу, не был уверен, что героев не разлучили навсегда. Но то решение, которое приняла редакция «Би-Би-Си», тоже понятно: сейчас так мало историй с хорошим концом, что, возможно, лучше с самого начала предупредить, что он будет. (По ссылке есть не только текст, но и 20-минутный фильм, в котором, в частности, запечатлен сам момент встречи.) https://www.bbc.com/russian/features-62149012