ах, как же я в детстве любил поезда, таинственно-праздничные, зеленые, веселые, шумные, запыленные, спешащие вечно туда-сюда! взрослые странны порой бывают. они по возможности (вот смешно!) верхние полки не занимают, откуда так славно смотреть в окно! не любят, увы, просыпаться рано, не выскочат где-то за пирожком и не летают, как обезьяны, с полки на полку одним прыжком. в скучнейших беседах отводят души, ворчат и журят тебя всякий час и чуть ли не в страхе глядят на груши, на воблу, на семечки и на квас. о, как же я в детстве любил поезда за смех, за особенный чай в стакане, за то, что в квадрате окна всегда проносятся кадры, как на экране. за рокот колес, что в ночную пору баюкают ласковей соловья, за скорость, что парусом горбит штору, за все неизведанные края. любил за тоску на глухом полустанке: шлагбаум, два домика под дождем, девчонка худенькая с ведром, небо, хмурое спозаранку. стог сена, проселок в лесной глуши... и вдруг как-то сладко вздохнешь всей грудью, с наивною грустью, но от души: неужто же вечно живут здесь люди?! любил поезда я за непокой, за вспышки радости и прощанья, за трепет вечного ожиданья и словно крылья бы за спиной! но годы мелькнули быстрей, чем шпалы, и сердце, как прежде, чудес не ждет. не то поездов уже тех не стало, не то это я уж теперь не тот... но те волшебные поезда умчались. и, кажется, навсегда... (с) эдуард асадов