Кесарево — лишь Кесарю, Богу же — только Богово. разум захвачен бесами, он — их приют и логово;

сердце меж рёбер плавится, словно руда железная; знаешь, моя красавица, – мы ведь с тобой над бездною. мы ведь с тобой над пропастью, здесь бесполезны жалобы, сердце стучит, как лопасти у механизма ржавого. сердце стучит с пробелами, больно в костях и в печени, звёздами ртутно-белыми скатерть небес расчерчена; мы же — в кромешной темени, Дьявол поёт нам тенором, наших сердец сплетение – это обитель демонов.

...Кесарю — пить по здравницам, Богу — рыдать над крышами;

ну а что нам останется?
нам, моё Солнце рыжее?

(c) tymanoff | туманов.