осень во льдах пошёл отсчёт с первого сентября. двадцать вторая осень. но первая, проведённая во льдах. я вновь в галерее музея. ищу там тебя. меж витрин, искажающих пространство, толи слёзы заполонили глаза. меж рам и заключённых в них лиц, однако никаких совпадающих линий. ни малейшего сходства ни с одним силуэтом, бездумно снующем в галерее музея. воспроизвожу нашу первую встречу. после ознакомления с экспонатами, за коими я не следил, пытаясь поймать взгляд ее. она пригласила на чай. перед тем, как сказать окончательное ‘прощай’, бережно утаив ‘надоел’. на уже осенней веранде неприметного кафе, такого же как все, если бы не она, сидящая за столиком. вокруг опадающая листва и предчувствие холода. в отрезвляющем воздухе и во взгляде напротив (аккуратно насмешливом). и я, пьющий медленно, говорящий молча, слушающий бесконечно. сказала, что нужно бежать, нельзя пропустить последний трамвай. не стоит провожать. оставила, будто голым. посреди переполненного рассыпающегося бульвара, все на меня смотрели и знали, что я ей надоел и с каким облегчением она меня оставила. снова снилась сегодня. после пробуждения были долгие слёзы. я бесконечно устал, но продолжаю оббивать пороги музея в поисках неуловимого любимого мне силуэта. возможно, она была лишь экспонатном, какой-то непостоянной непродолжительной выставки. сменяющей города и страны, забывающей лица, не впечатлявших ее посетителей. и уже в галерее другого музея. она полюбила другого мужчину. напрочь стерев из памяти докучливое воспоминание меня, оставив сиротой, окутанного стыдом от признания. как бы я ее ни любил. как бы я ее ни желал. кто найдёт, тот и выиграл. кто удержит, тот победил. (c) внутреннее преображение