Как наблюдатель от Общественной палаты психологическое воздействие на комиссию оказывал

Поступило сообщение наблюдателя от Общественной палаты, исполнявшего свои гражданские обязанности на избирательном участке № 1407 Московского района. Далее приводим подробное описание происходившего от первого лица.

«Согласно акту о досрочном голосовании, в период с 25 по 30 июня 2020 года на участке проголосовало 484 человека. Я ознакомился со списками участников голосования, но председатель участковой комиссии не позволила мне пересчитать число проголосовавших досрочно, лишь быстро пролистав книги. Однако даже при беглом ознакомлении было заметно, что число отметок о досрочном голосовании составляло около 250 — то есть около 200 бюллетеней были лишними.

Я написал обращение участковой избирательной комиссии с предложением пересчитать количество проголосовавших досрочно по спискам участников голосования, чтобы затем внести соответствующие коррективы в акт о досрочном голосовании. Обращение было принято комиссией.

После начала подсчёта голосов члены участковой избирательной комиссии очень долго возились со списками участников голосования. Я предпринял попытку поближе наблюдать за происходящим, на что председатель комиссии реагировала очень нервно, призывая не мешать комиссии и соблюдать социальную дистанцию. Но даже на расстоянии видно, как один из членов комиссии листает свою книгу взад и вперёд, судорожно вписывая какие-то данные (смотрите видео ниже).

Своим присутствием я оказывал психологическое воздействие на комиссию, и председатель угрожала удалить меня с участка. Но сделать этого не смогла, так как я пользовался своими правами наблюдателя согласно Положению об общероссийском голосовании.

Я призывал комиссию отдельно посчитать результаты по досрочному голосованию и по голосованию 1 июля, которое происходило без нарушений. Комиссия это делать отказалась.

Но в итоге то ли от напряжения, то ли по невнимательности председатель комиссии не смешала бюллетени досрочного голосования с бюллетенями из стационарного ящика.

Сначала вёлся подсчёт бюллетеней из стационарного ящика. Я вёл параллельный подсчёт. По моим наблюдениям, расклад голосов был примерно таков: 50-55 % — «за»; 45-50 % — «против».

Далее перешли к бюллетеням с досрочного голосования. В переносных ящиках соотношение оказалось примерно 70 % «за» и 30% «против».

Итого: 537 голосов «за» и 296 «против».

Я обратился к комиссии с требованием пересчёта, но комиссия на это требование выдала отписку о том, что требование пересчёта числа участников досрочного голосования не входит в полномочия наблюдателей. Дополнительно я подал жалобу в связи с непрозрачной процедурой подсчёта числа участников голосования согласно спискам участников голосования. На заседании комиссии жалоба была отклонена.

У меня нет железобетонных юридических доказательств фальсификации. Доказательства можно было бы получить, беспристрастно проанализировав списки участников голосования — там наверняка осталось множество несостыковок.

Для себя я сделал вывод, что если вычесть около 200 неизвестно откуда появившихся бюллетеней из числа проголосовавших «за», то получится примерное реальное распределение голосов избирателей: чуть больше половины «за», чуть меньше половины «против». Согласно официальному протоколу, «за» проголосовало 63,7 % избирателей.

Составленные обращение, жалоба и ответ комиссии отправлены в ТИК № 27».