Сегодня в Сахарово в камере Смирнова и Глеба Марьясова побывала член ОНК Марина Литвинович. По ее словам, Смирнову немного лучше, чем вчера, потому что окно, которое раньше открывать отказывались, разрешили открыть, узнав, какое у него критическое давление.
Но привести давление в норму все не получается. Вчера оно было 178 на 112, сегодня уже 150 на 120, а пульс 101. Смирнова водят в медчасть пить лекарства, но давление и пульс все еще высокие.
Через полтора часа после визита ОНК Смирнову дали телефон, он успел сказать, что с открытым окном стало и правда немного лучше, но камера непригодна для жизни до сих пор: там восемь огромных батарей, которые круглые сутки работают во всю силу. Для сравнения, в их четырехместной камере было четыре батареи. Смирнов и его сосед Глеб Марьясов считают, что в этой камере специально созданы невыносимые условия, чтобы держать там неугодных. Глеб моложе Смирнова, и у него обычно нет проблем с давлением, но даже он плохо себя чувствует уже который день. Сейчас Марьясова увезли на суд.
Смирнов просит, чтобы его хотя бы перевели в другую камеру, Марина Литвинович говорит, что попытается сейчас этого добиться.
Смирнов передает, что в новой камере «адские условия» из-за жары. Утром они написали заявление на осмотр врача, отвели к врачу их только вечером. У Смирнова давление 178/112, чувствует он себя очень плохо.
От ОНК в эту камеру 228 к ним пока никто не заходил.
Опасается, что даже из этой двухместной камеры их могут раселить по одиночкам. Радио у них там сейчас не работает, а читать из-за жары, плохого света и самочувствия у Смирнова почти не получается.
Вчера сразу после апелляции Диму перевели в двухместную камеру 417 и даже не дали ему самостоятельно перенести свои вещи. Сейчас он находится там в одиночестве.
Привет, это Бородихин. Ночью мы с Максимом написали небольшой текст о доказательствах вины Леонида Волкова, которые есть у следствия, обширных и убедительных. Шучу, там доказательства типа плашка «0+» на YouTube, «одобрение» участия детей «в латентной форме» и заявления возмущенной общественности.
Давайте сфокусируемся на последней детали. Вопросом «Кто написал четыре миллиона доносов?» задавался еще Отто фон Бисмарк, и ответ на него дает СК, перечисляя посты в соцсетях таких уважаемых организаций, как «Союз отцов», «Федеральный совет отцов» (да, еще один), «Национальная родительская ассоциация», «Ассоциация организаций по защите семьи».
За названиями всех этих союзов, похожими на выдачу нейросети, скрываются разные люди с разными именами, но пишут заявления для соцсетей они почему-то по строгому образцу: призыв «оградить детей», риторический реверанс в сторону взрослых, которые могут «самостоятельно принимать решения», после — кликушество про «негативный след на всю последующую жизнь» в случае задержания на митинге.
Здесь можно с серьезным лицом сказать, что эта неуклюжая ширма совсем не прикрывает искусственность обвинений, которая очевидна всем причастным. Но мы же заранее знаем исход: Волкова за этот абсурд заочно и на полном серьезе осудят, и сделать по этому поводу никто ничего не сможет.
Напомним, что можно написать Смирнову в Сахарово — если вы хотите отправить ему письмо, присылайте текст на почту [email protected] с темой «Письмо Смирнову». Мы все распечатаем и постараемся передать ему побыстрее
"То, что они устроили со Смирновым (главредом "Медиазоны"), это в полном бреду. Если до этого мы жили в полицейском государстве, то после этого случая начали жить в стране, когда полицейское государство целиком поместили в дурдом, в обстоятельства психбольницы".
В интервью Русской службе Би-би-си лидер группы "Тараканы" Дмитрий Спирин рассказал об отношении к "маразматичному" приговору главреду "Медиазоны", Алексею Навальному и о попадании в список "неблагонадежных" артистов.
Звонил Смирнов. Всем передает привет! Ситуация такая: его днем перевели в двухместную камеру 228, он там вместе с либертарианцем Глебом Марьясовым. Условия там кошмарные, говорит Смирнов, самое плохое, что в камере очень жарко, больше 30 градусов: «Я в одной майке и мы обливаемся потом».
Там две огромные батареи, которые ночью, по словам Глеба, отключают, и становится, наоборот, очень холодно.
Режим в Сахарово стал более жестким и где-то беспредельным, говорит Смирнов. Вчера и особенно сегодня всех обыскивают, его после сегодняшнего свидания досконально обшмонали, поставив лицом в стену. Телефон не выдавали два дня и сегодня, говорит, выдали почти по случайности, хотя не собирались. Будут ли давать его на законные звонки дальше — неясно. С прогулки сегодня всех выгнали, когда кто-то начал скандировать лозунги. Что будет с прогулками дальше — тоже неясно.
Сокамерник рассказал, что Смирнова забрали сразу после того, как он вернулся со свидания и сказал, что все передал о ситуации с задержанием Димы Иванова, отсутствием звонков и прогулок и сейчас об этом везде напишут. Он предполагает, что камеру прослушивали, потому что в камеру зашли сразу же после этих слов — и увели Смирнова. Его перевели в камеру 228.
Побывали на свидании у Смирнова — он очень раздражен и возмущен, что им уже третий день не выдают телефоны и теперь не выводят на прогулки. По некоторым камерам прошли осмотры в поисках телефонов, сотрудники раздражены тем, что арестанты провели «митинг» в прогулочном дворике и видео с ним появилось в сети.
Начальник ЦВСИГ уже дважды был у Смирнова и обещал, что все будет хорошо и делается все возможное, но, по словам Смирнова, этих стараний не видно.
Соседа Смирнова, Диму Иванова из «Протестного МГУ», перевели в одиночку — в камеру ворвались полицейские из второго оперполка, повалили Диму, надели наручники, сказали, что будут составлять протокол по статье 19.3 КоАП (неповиновение требованиям полиции). По словам Смирнова, сейчас Иванова увезли на апелляцию в Мосгорсуд.
Уже после встречи узнали от родственника другого соседа по камере, что Смирнова внезапно вызвали со всеми вещами и увели на первый этаж — что это значит, переводят ли его в другую камеру, куда именно и что там будет, пока неясно.
Сергея Смирнова и его сокамерников лишили прогулки из-за «несогласованной акции», которую, по версии сотрудников центра в Сахарово, арестанты устроили на прошлой прогулке. Кого именно обвиняют в ее организации, пока неясно. Судя по всему, людей прессуют из-за видео «митинга» в прогулочном дворике.
Камера #сахарные_записки Камеры в Сахарово есть четырех типов: на 10, 8, на 4 и на 2 человека. Мы со Смирновым решили, что пойдем в четырехместную – большой слишком шумно, а в маленькой может быть скучно. Впрочем, кажется, большая часть камер в нашем блоке, и так четырехместные, поэтому не уверен, что это пожелание действительно имело значение. А вот что точно учли, так это наш выбор сокамерников – перед расселением нам просто предложили разделиться по группам.
Камера представляет собой помещение примерно 2.5 на 6 метров. На дальней стене под потолком расположено окно с решеткой, вид из которого выходит во внутренний двор. Ниже – большая и очень горячая батарея, сваренная из четырех толстых труб. Учитывая погоду за окном, многие спрашивают, не холодно ли нам; так вот, если бы не открытое окно, то нам наоборот было бы жарко. У боковых стен стоят две двухъярусные металлические кровати – шконки. На них мы положили тонкие матрасы, которые сами принесли из прачечной в подвале, синие войлочные одеяла и скомканные подушки. Рядом со шконками – металлические шкафчики для личных вещей. В дальнем углу камеры, между батареей и одной из шконок, находится цельная конструкция из стола полметра на метр и двух скамеек. Справа от входной двери, огороженный полутораметровой стенкой, если можно так выразиться, санузел: раковина и туалет конструкции «чаша Генуя», а по-простому говоря, простите, возвышение с дырой в полу.
Из металла в камере изготовлена не только мебель: под раковиной висит полированный лист железа, используемый в качестве зеркала. Вся посуда, выданная нам, тоже, как вы поняли, металлическая – каждому положена алюминиевая кружка, ложка и две миски – плоская и глубокая. Важно отметить, что вся выданная нам посуда была новой, а на донышках кружек даже остались наклейки со штрих-кодами. Помимо посуды, в первый день нам выдали небольшие «вафельные» полотенца, одноразовое постельное белье, хозяйственное мыло, зубные щётки, туалетную бумагу и три стаканчика с одинаковыми на вид белыми порошками: зубным, стиральным и моющим. На этом, собственно, всё. Ни книжной полки, ни вешалок для одежды, которые есть в московских спецприемниках, в камере в Сахарово нет.
Да, говоря о камере, стоит так же упомянуть освещение. Электрический свет тут горит круглосуточно, независимо от степени освещенности и времени суток. В дневное время – с 6 утра до 10 вечера за освещение отвечают две яркие лампы на потолке в центре камеры. На ночь их гасят и включают «ночник» - белую светодиодную лампу на стене над дверью. Свет ее попадает под таким углом, что на нижних шконках не попадает в глаза и, в общем, не мешает спать, в то время как на верхних яркости хватает для того, чтобы я сейчас писал этот текст.
Вот, в общем, и всё, что можно сказать про камеру спецприемника. Стоит лишь отметить, что через несколько дней после заселения скромные интерьеры камер обрастают многочисленными пакетами с едой, одеждой и книгами. Они выглядывают из-под кроватей, свисают с верхних шконок, занимают собой батарею и подоконник, а один пакет – с колбасой и сыром – традиционно вывешивается за окно. Всё это создает атмосферу несколько захламлённого, но обжитого помещения.
В ЦВСИГ Сахарово продолжаются обыски. Вчера утром это произошло на четвертом этаже, как мы уже писали ранее, и тут же ближе к вечеру на третьем. У арестованных продолжают проверяют все личные вещи на предмет электронных устройств, проводов и прочего. Изъятое складывают в конверт, описывают и уносят в хранилище. Полагаем, сегодняшние обыски не заставят себя долго ждать, а нарушения со стороны сотрудников продолжатся.
Вчера в Сахарово творился какой-то коллапс, впрочем как и всегда. Из-за обысков ребят продержали на прогулке дольше обычного, а там, между прочим, -20. Также ребят, у которых закончился срок, снова не выпускали несколько часов. Нам передали, что один из задержанных, у которого вчера окончилось время ареста, вышел без личных вещей. По одной простой причине - вещи не нашли. Вещи искали несколько часов, после чего даже пустили парня найти их самостоятельно. Оказывается, собственность арестованных просто валяется без коробок, без пакетов, иногда без подписей. В хранилище нет даже камер, чтобы убедиться, что никто не сворует твои личные вещи. В итоге парень остался без рабочего телефона, кошелька с наличными и кредитками.
Если вы знаете про какие-либо еще нарушения в ЦВСИГ Сахарово, то обязательно напишите нам
Смирнов пытается объяснить судье, как работает твиттер, что такое юмор и почему чужой твит про музыканта Спирина не делает его организатором митинга.
Смирнов и его адвокат отмечают, что суд первой инстанции не учел, что у журналиста есть маленький сын, которого мама не всегда может забрать из детского сада из-за работы. Защитник также подчеркивает, что вывод о призывах основан только на рапорте полицейского, которого не удалось допросить.
Адвокат требует прекратить административное дело против Смирнова. Судья удаляется в совещательную комнату.
Переходим к жалобе защиты. В ней отмечается, что Смирнов — журналист. Его задержание было незаконным, суд необоснованно отказал в вызове свидетелей и привлечении специалиста.
Кроме того, в твите, который опубликовал не Смирнов, не указано, где будет проводиться акция, а в материалах дела нет доказательств самого события
Адвокат заявляет несколько ходатайств, в том числе просит вызвать в суд полицейского Илларионова, который произвел разборное административное расследование, а также задать ему вопросы по фототаблице с митинга из материалов дела.
Судья возвращается через пять минут и отказывает по всем просьбам
Рассмотрение апелляционной жалобы на административный арест Сергея Смирнова отложили на три с половиной часа из-за эвакуации, которую проводили в Мосгорсуде.
Наконец, заседание начинается. Жалобу рассматривает судья Илья Козлов.