​​Посмотрел совершенно гипнотический Netflix-док 2015 года о Нине Симон - сумрачном гении поп-джаза и авторе, возможно, первых панк-песен в истории современной музыки. Картина рисует мрачноватый и совершенно обречённый образ артиста как раба на галерах - из музыкальной школы с изнуряющими 8-часовыми занятиями к 12-часовым ночным концертам в сальных барах для белых, а оттуда - к бесконечным мировым турнам, и в конечном счёте новой безвестности в барах Швейцарии, полученной «в награду» за неосторожно резкие сценические высказывания в поддержку темнокожих. «Что случилось, мисс Симон?» - это высказывание и о кэнселинге до того, как это явление стало мейнстримом, и даже - парадоксально - о чрезмерном увлечении идеями «чёрного» политического активизма и сексуальной революции, превратившими невероятно талантливую певицу в полусумасшедшего изгоя. Самое, однако, ценное и гипнотизирующее в картине - это многочисленные живые, невероятно живые выступления Симон на разных этапах её карьеры, от застенчивой старлетки на вечеринке у Хью Хефнера до бесконечно колоритной гранд-дамы, способной прервать исполнение песни, потому что кто-то в аудитории встал со своего места. Особый акцент в фильме делается на классическом пред-консерваторском образовании Симон, привнесшей в фривольный джаз элементы фуг, контрапунктов и баховских математически идеальных гармоний, и всё это можно услышать в картине сполна - а кроме того, практически побывать на концерте, где госпелы сменяются исповедальными блюзами, а над толпой веет пьянящий дух единства во имя великой цели. Жертва биполярного аффективного расстройства, домашнего насилия, расовой дискриминации и безжалостного шоу-бизнеса, Симон тем не менее смогла прожить жизнь, оставив у тысяч людей ощущение счастья момента, вдохновив их на борьбу, радость и любовь. Более важное кино в 2022 году сложно и придумать. А что до первой (?) панк-песни - просто послушайте «Mississippi Goddamn», написанную после терактов Ку-Клукс-Клана, в результате которых погибло четверо темнокожих детей. Эту запись запрещали, уничтожали и отказывались крутить на радио задолго до «God Save The Queen»!