Февральские заметки о Г.П. Щедровицком и ММК* «Когда я сейчас прослеживаю весь период моей учебы в школе и стараюсь понять, а что там было важного в плане моего развития, становления, формирования, то выделяю несколько моментов, в которых, как и во всем предыдущем, пересекаются общее, типичное и мое собственное, индивидуальное. Наверное, самым главным моментом было то, что я постоянно менял место учебы. Второй, третий, четвертый классы - в одной школе, с одним коллективом, в одних условиях; пятый класс - в других; шестой, седьмой - уже в условиях эвакуации, в совершенно другой жизни. Следующая фаза - восьмой класс, 150-я школа, совершенно особый коллектив. Потом - подготовительное отделение МАИ. И, наконец, - последний, десятый класс. Итак, за девять лет я шесть раз менял место учебы. Мне вообще представляется, что этот момент смены места учебы крайне важен в принципе для развития человека. Развитие - мы это хорошо знаем - идет и должно идти через определенные переломы. Человек в ходе своего ученичества и становления обязательно должен иметь возможность "оставлять хвосты" в другом месте и постоянно начинать жизнь снова. Я так думаю, что именно вот эта постоянная смена места учебы определяющим образом влияла на мое индивидуальное становление и развитие. Этот процесс отражался на самых разных сторонах жизни. Прежде всего, он создавал совершенно другие отношения с коллективом и к коллективу…. Здесь, наверное, нужно отметить, что для моего поколения эта смена мест была в общем-то куда более типична, нежели, скажем, для следующих поколений. Жизнь была более динамичной; сейчас она, сравнительно с тем, что было тогда, очень консервативна. Но еще и сам я в этом процессе смены мест могу, наверное, считаться своего рода чемпионом: когда я перебираю в своем сознании людей, с которыми встречался потом, выясняется, что я раза в два чаще менял место учебы, чем они. В силу этого у меня никогда не было очень жестких связей с коллективом. По году учебы в разных школах, точнее, в разных коллективах (шестой и седьмой классы хотя и в одной школе, но тоже фактически только по году в одном коллективе, потому что состав менялся непрерывно), - такой способ жизни в принципе не давал возможности войти в коллектив и осесть в нем, завязнуть в этих отношениях. Отсюда появлялась совершенно особая... пропорция, что ли, между индивидуализмом и коллективизмом. Этот момент я хочу специально подчеркнуть. В принципе, я коллективист и всегда был таковым, но именно эта установка на коллективное, общественное существование обеспечивала определенный индивидуализм, или независимость позиций. И вот сейчас, вспоминая годы ученичества, я могу зафиксировать, что, собственно, и все окружающие всегда так меня воспринимали: у меня вроде бы всегда была своя особая позиция, поскольку я был чужаком в каждом таком коллективе. Я приносил представления, нормы, обычаи каких-то других коллективов, другого способа жизни и в силу уже одного этого был своего рода катализатором новых, необычных для данного коллектива отношений…» (фрагмент из книги "Я всегда был идеалистом")