не в порядке критики, а в желании понять духовный мир Е. В. Помимо того влияния релятивизма, о котором мы упомянули, Е. В. был слишком юрист, скажем шире — социолог, чтобы не учитывать конкретной исторической ситуации. В том, что он отодвигал на второй план момент церковности в христианстве, сказалось тяготение Е. В. к тому, чтобы ввести начала христианства в самую жизнь нашу, в творчество· «Нет культуры без христианства, — писал Е. В., — как нет настоящего христианства без культуры». Этот пафос культуры, высокая оценка земного творчества положили свою печать на религиозное сознание Е. В., но с другой стороны способствовали тому, что ему больше чем кому бы то ни было из русских светских мыслителей удалось сделать для богословия культуры. Е. В. Спекторскии в своей книге «Христианство и культура» исследует все проявления культурного творчества — и всюду он убедительно показывает — единственность и творческие возможности, присущие христианству и только ему. Е. В. последовательно рассматривает условия творческого развития и плодотворного влияния христианства на жизнь в философии, науке, искусстве, праве, экономике, в политической сфере. Некоторые части в этом его исследовании разработаны блестяще. Изящно и в то же время глубоко, с превосходным знанием существа дела в разных видах культуры и с прекрасным учетом всей исторической реальности ведет Е. В. свой анализ — и сила, и правда, и несравненная высота христианства выступает у него с чрезвычайной ясностью. Весь исторический процесс, основные темы истории и все внутренние трения, тормозящие установление правды на земле, выступают по-новому в таком освещении. «История не как стихийный процесс, есть соработание Божеству» — таков основной тезис Е. В., — и он то и превращает у него философию культуры в богословие культуры Христианство предстает перед читателями как душа культуры как ее подлинно творческая сила, ибо, по слову Е. В., «настоящая идеология всякой культуры всегда религиозна».   Моральный и религиозный пафос у Е. В. выступает с особой силой на фоне его изящного остроумия. Упомянутая книга Е. В., его различные статьи читаются исключительно легко, — в самом строе мысли Е. В. была потребность пользоваться методом иронии, но ирония у Е. В. всегда благодушная, свободная от злой насмешки.   В философских построениях Е. В. занимала особое место – идея «возможности». «Возможное» находится между необходимым и реальным и потому есть условие и принцип свободы, — дорогой Е. В. «Только человек, как духовное существо, — писал Е· В. — может противопоставить тесной реальности действительного мира огромную и широкую перспективу возможности». Философия, по учению Е. В., «не связывает себя категориями действительного или необходимого, — ее категория — возможное». Поэтому философия по самой своей сущности – свободна, движется свободным исканием и «образует промежуточную область между религией и наукой». Религия раскрывает нам высшую закономерность божественной правды, наука же изучает реальную закономерность в действительном бытии. — Между этими двумя сферами и лежит область возможного, т. е. — область творчества, открытая человеку. Вся ценность работ Е. В. в том и заключается, что, оставаясь внутренно свободным, — он вместе с тем убедительно показывает, что, как он пишет, — «все крупные проблемы жизни неразрешимы без Христа».   В раскрытии этого и заключается высокая ценность философского творчества Евгения Васильевича Спекторского, за что будут ему одинаково благодарны как философы, так и богословы».