«Даже октябрьское торжество большевиков и возможность стать одним из идейных вождей коммунистической России не заставили А. А. Богданова (Малиновского) вернуться в лоно ортодоксальной марксистской философии, он умер (в 1928 г.) как идейный отступник. Богданов завершил на эмпириомонистической основе разработку начатой до войны общей организационной науки, названной им тектологией. Наука эта, по его словам, есть общее естествознание, она должна научно систематизировать организационный опыт человечества в целом и по мере своего развития должна сделать философию излишней» Б. В. Яковенко Герой сегодняшнего очерка – А. А. Богданов (наст. фамилия – Малиновский, 1873–1928), российский ученый, философ-эмпириомонист, предтеча «теории систем», один из идеологов социализма, не стоявший на ортодоксальных марксистских позициях, создатель концепции «пролетарской культуры». В советское время значение идей Богданова не было оценено на должном уровне, причиной чего стала резкая критика богдановской философии в работе В. И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» (1908, напечатана – в 1909). В своей «Истории русской философии» (Прага, 1938, допечатка – 1939) Б. В. Яковенко (1884–1949) стремится дать критическую оценку идейного наследия Богданова, сформулировать основные ленинские претензии к эмпириомонизму Богданова, а также – представить краткий анализ позиции его последователей. Приводим выдержки из текста: «Помимо отдельных публицистических работ сторонники марксизма издали также коллективный сборник «Очерки реалистического мировоззрения» (1904), составленный с целью опровержения идеализма, априоризма и трансцендентализма. Но уже в этом сборнике от внимательного взора не могли ускользнуть несомненные симптомы приближающегося нового идейного разногласия в русском марксизме. Эти симптомы вскоре сменились открытым утверждением о необходимости нового философского обоснования всего комплекса марксистского учения ввиду его догматической несостоятельности и даже, по мнению некоторых, внутренней противоречивости и несостоятельности материалистического мировоззрения в тех его устарелых формулировках, которые исходят главным образом от Плеханова. Новое философское обоснование марксизма должно было, естественно, покоиться на строго научной основе, опирающейся на опыт и реалистической, не иметь ничего общего ни с религиозными тенденциями, построениями и спекуляциями, ни с критической априористикой à la Кант. За такую основу было взято эмпириокритичес- кое учение Э. Маха и Р. Авенариуса, которое соответственно необходимо было приспособить к марксистскому мировоззрению. С обоснованием этой новой ереси выступил в 1904 г. главный теоретик А. А. Малиновский — Богданов (1873—1928), назвавший свою концепцию эмпириомонизмом. В соответствии с его воззрениями физическое есть социально организованный и коллективно согласованный опыт; психическое же есть опыт, организованный и согласованный лишь индивидуально, лишь в опыте данного индивида. Различение объективного и субъективного складывалось постепенно в процессе социальных отношений: объективное отличается от субъективного тем, что оно социально, т. е. коллективно, апробировано в процессе труда. Но сами отношения между людьми возможны лишь тогда, когда люди понимают друг друга. А это опять-таки полностью сводится к подстановке наших личных впечатлений под проявления и действия других людей. Таково понимание в целом: подстановка имеет место не только в отношении других людей, но и в отношении органического мира вообще, что позволяет понимать его как ряд различным образом организованных комплексов. Это же верно и в отношении мира неорганического. Распространение этой «подстановки» на весь мир позволяет понять все существующее как действительно непрерывный ряд, т. е. представить все развитие без абсолютных скачков, перерывов. <…> Эмпириокритическая ересь в марксистской среде не только не слабела, а наоборот, стала развиваться. Кроме Луначарского, с Богдановым был связан еще ряд более или менее крупных, стойких единомышленников: В. А. Базаров — Руднев (1874 г. рожд.), Н. В. Валентинов (1879 г.