В стране самодержавной, полным порабощением печати, в эпоху отчаянной политической реакции, преследовавшей самомалейшие ростки политического недовольства и протеста, – внезапно пробивает себе дорогу в подцензурную литературу теория революционного марксизма, излагаемая эзоповским, но для всех <интересующихся> понятным языком. Правительство привыкло считать опасной только теорию (революционного) народничества, не замечая, как водится, его внутренней эволюции, радуясь всякой направленной против неё критике. Пока…