В. С. СоловьёвМы завершаем серию очерков о Соловьёве в рамках цикла по истории философии в России изложением его эстетической теории и философии искусства. Кроме того, рассмотрим кратко продолжение его идей в трудах последователей и критиков. В этом нам поможет «История русской мысли от Просвещения до марксизма» (1973, русское издание – 2013) Анджея Валицкого (1930–2020). Приводим выдержки из текста: «Соловьёв высказывался о проблемах эстетики по самым разным поводам – как в собственно философских работах, так и в литературной критике; но его взгляды в этой области не отражают его интеллектуальной эволюции и не претерпели никаких существенных изменений. Наиболее систематическое изложение эстетических представлений Соловьёва находим в его работах «Красота в природе» (1889) и «Общий смысл искусства» (1890). В качестве эпиграфа к своему эссе о красоте в природе Соловьёв избрал слова Достоевского: «Красота спасёт мир». Естественная красота, заявляет он, – это проявление конкретного действия Абсолюта в материальном мире; спиритуализируя материю, красота помогает поднять падшую Мировую Душу и ввести элемент божественного в действительность. Роль красоты в искусстве – аналогична: искусство это орудие восстановления всемирного единства; процесс создания произведения искусства означает соединение с высшим миром и потому относится к мистике. Роль искусства состоит в том, чтобы стать теургической силой, способной преобразовать и «просветлять» человеческий мир. Красота, по Соловьёву, нечто объективное и не может отделяться от Истины и Добра; всему прекрасному надлежит помогать совершенствовать действительность. Соловьёв отвергает теории искусства для искусства и даже цитирует Чернышевского в поддержку своего воззрения, что такие теории – симптом «эстетического сепаратизма». В своей попытке поставить Красоту в услужение Истине и Добру, Соловьёв подчеркивает ценность общественно призванного, ангажированного искусства. Оправдание «относительной истины» реализма путём ссылок на мистическую теорию искусства, основывающуюся на платонических и шеллингианских мотивах, – одна из самых курьёзных черт эстетики Соловьёва. Однако реализм для Соловьёва только предтеча по-настоящему религиозного искусства будущего. В качестве пророка этого искусства будущего он указывает на Достоевского, которым Соловьёв восторгается как писателем-пророком – художником, который «создавал жизнь» и считал своё искусство орудием осуществления Царства Божьего на земле.
Пётр Щедровицкий | SMD
1246
@shchedrovitskiy
Материалы лекций и выступлений философа и методолога Петра Щедровицкого, а также его книг и публикаций.