Пётр Щедровицкий | SMD(@shchedrovitskiy). История философии России — 228. Писарев Когда Писарев говорил, что основной тезис диссертации Черны

История философии России — 228. Писарев Когда Писарев говорил, что основной тезис диссертации Чернышевского выражает идею «разрушения эстетики», то этим своим утверждением он выказал полное непонимание основной мысли диссертации. Основная мысль Чернышевского направлена не против эстетики как таковой, а против эстетизма. Поскольку духовная и материальная природа человека едина, полагает он, то чисто духовная деятельность, возникающая исключительно из стремления к прекрасному, невозможна. Влечение к красоте – незаинтересованное влечение. Но оно никогда не возникает в изоляции от других человеческих влечений или потребностей; поэтому область искусства нельзя сводить к гораздо более узкой сфере эстетически прекрасного

А. Валицкий

После смерти Добролюбова в августе 1861 г., вызванной тяжелой формой туберкулёза, Д. И. Писарев (1840–1868) становится самым влиятельным литературным критиком в России. Он разрабатывал своеобразную версию антропологизма и теорию реализма (идеал «мыслящих реалистов»), однако отошёл далеко от первоначальных установок Чернышевского. Современники и современные исследователи нередко называли его концепцию «разрушения эстетики» формой нигилизма. Своеобразие подхода Писарева (в частности, то, почему литературного критика нельзя отнести к лагерю «революционных демократов») нам поможет выявить «История русской мысли от Просвещения до марксизма» (1973, русское издание – 2013) Анджея Валицкого (1930–2020). Приводим выдержки из текста: «В отличие от Чернышевского и Добролюбова, Писарев происходил из дворян. В первых своих статьях он защищал «чистое искусство» и умеренный либерализм. Его взгляды стали более радикальными в 1861 г. <…> В «Отцах и детях» Базаров (который представляет поколение «детей») сам использовал обозначение «нигилист»; Писарев восхищался этим героем Тургенева и представил его как образец для молодого поколения. Подобно Базарову, Писарев считал, что освобождение индивида от иррациональных уз, навязанных ему обществом, семьёй и религией, должно в основном осуществиться (центральная мысль нигилизма) путём популяризации естественных наук. В то же время у Писарева была преувеличенная вера в утилитарную этику «разумного эгоизма». Он использовал свои статьи для пропаганды «мыслящих реалистов» (литературным прототипом которых был Базаров) и для нападок на «эстетику» – понимая под этим словом эстетствующие позирования дворян-либералов. С течением времени, особенно под влиянием праворадикальной прессы, ярлык «нигилисты» был приклеен также к революционерам семидесятых годов (особенно к террористам), хотя последние упорно отвергали это определение, адресуя его исключительно «писаревцам». Это различие подчеркнул революционный народник Сергей Кравчинский, удачно осуществивший покушение на шефа полиции Мезенцева. В своей книге «Подпольная Россия» Кравчинский писал: «Трудно представить себе более резкую противоположность. Нигилист стремится во что бы то ни стало к собственному счастью, идеал которого – «разумная» жизнь «мыслящего реалиста». Революционер ищет счастья других, принося ему в жертву свое собственное. Его идеал – жизнь, полная страданий, и смерть мученика». Это утверждение, конечно, – явное упрощение; в другом месте своей книги Кравчинский подчеркивает, что нигилисты не были расчётливыми эгоистами и цитирует характерное заявление В. Зайцева, одного из ближайших соратников Писарева: «...мы были глубоко убеждены в том, что боремся за счастье всего человечества, и каждый из нас охотно пошёл бы на эшафот и сложил свою голову за Молешотта и Дарвина». Тем не менее, остается фактом, что нигилизм шестидесятых годов не был революционным движением; он, несомненно, способствовал радикализации общественного мнения, но он не пропагандировал революционных методов борьбы и сам по себе не указывал революционных целей.