Это стало необходимо — прежде всего в силу массовизации самой педагогической практики. Психологическая наука претендовала на то, чтобы дать научную основу для «педагогики». В отличие от практика, «который оперирует представлениями об «осуществлённом» и «неосуществлённом», учёный пользуется понятиями «возможного» и «невозможного» в противовес «осуществившемуся». На полях заметим, что подобная программа (построения социальных наук) привела к появлению нескольких разных базовых моделей в сфере экономической теории (здесь очень важна фигура Дж.Ст. Милля и его проект создания экономической науки). Эти «научные» модели до сих пор остаются важнейшим теоретическим основанием для действий в сфере управления социальными процессами. Отметим ещё один важный момент. По мнению Щедровицкого «ученые» сами не способны построить такую действительность для своей науки. Это — миссия философов и методологов. Так шёл процесс в области «наук о природе», так же он будет идти в сфере социальных наук. Итак: какой базовый процесс мы будем считать «естественным» для общества? Как вы наверное догадались, в этой точке лежит самое существенное различие между подходом Георгия Петровича Щедровицкого и будущими [!] построениями Александра Александровича Зиновьева. Поэтому далеко не случайно в интервью 2001 года Зиновьев упрекает Щедровицкого в том, что он (в отличие от самого Александра Александровича) отказался от построения социологии как «науки». Для Щедровицкого онтология, которую начал разрабатывать Зиновьев, выглядела «архаичной», до-деятельностной. Продолжение следует