Запад сам приложил огромные усилия к тому, чтобы привить человечеству идеологию несправедливости распределения богатств в мире. Это – идея самого Запада, будто низкий жизненный уровень в значитель­ной части мира есть следствие эксплуатации её Западом. Запад помог и продолжает помогать многим народам мира подняться до такого уровня, когда появляется желание иметь то же, что имеет Запад, но без тех усилий, благодаря которым выросла западная цивилизация. Всякий, кто знаком с азами социальной психологии масс, должен понять, почему ненависть к Западу овладевает душами многих миллионов людей и становится более мощной силой в истории, чем материальные силы». Далее Зиновьев углубляет этот тезис: «С точки зрения [своей] исторической позиции, Запад находится в положении защитника ценностей цивилизации, которые были достигнуты ценой невероятных усилий и держатся на всякого рода подпорках вроде дисциплины труда, качества продуктов деятельности, экономического расчёта, правовых норм, прессы и т.д. Цивилизация вообще есть усилие, есть карабканье вверх, есть движение против течения человеческой стихии. Восток же в данной исторической ситуации находится в положении защитника противоположной тенденции, а именно – движения человеческой стихии по линии наименьшего сопротивления, движения по течению, падения вниз. Что может обещать Запад миллионам людей, лишенным материальных благ или имеющим их не в той мере, как хотелось бы? Только реальные средства цивилизации: труд физический и интеллектуальный, причем – из поколения в поколение. А что обещает Восток? Разрушьте источник всех ваших зол – западную цивилизацию, и вы будете иметь всё! Что соблазнительнее для народных масс? Это очевидно». Как будет развёртываться это противостояние? «Поставьте себя, — предлагает Зиновьев, — на место власти [в СССР] и спросите себя, что бы вы стали делать в отношении своего врага номер один? Совершенно верно, использовать его всячески, чтобы укрепить свою промышленность, особенно – военную. Всеми правдами и неправдами проникать на Запад, создавать мощную шпионскую сеть и пятую колонну… Подрывать единство и устойчивость Запада в самых различных аспектах. Мутить воду, путать, стравливать. Поощрять всякого рода движения, – коммунистические, левые, национальные, молодежные. Сделать Запад рыхлым, растерянным, неспособным к единению, готовым в случае войны быстро капитулировать. Работа в духе этих установок не есть отдельная акция или кратковременная кампания. Она есть повседневный образ жизни многих миллионов людей с первых дней существования коммунистических стран». «Добавлю к сказанному ещё одно преимущество Востока перед Западом, которое может сыграть роковую роль: социальный строй Востока производит людей, способных пойти на любые жертвы и способных сделать своими жертвами других. Советский Союз, например, может тратить гигантские средства на вооружение и на свою беспрецедентную международную активность, сохраняя необычайно низкий жизненный уровень населения. И последнее безропотно переносит это. Для западных стран нечто подобное немыслимо. Система власти и принятия решений на Востоке организована так, что власть не остановится ни перед какой перспективой потерь внутри страны и ущерба для других стран, если она сочтёт это целесообразным для своего самосохранения и самоутверж­дения. Восток готов потерять многое сам и причинить любой ущерб Западу вплоть до полного уничтожения. Запад боится потерять даже малость и тем более нанести Востоку значительный ущерб. Запад связан своей социальной рефлексией и хронически больной совестью. Восток не связан ничем, кроме внешней силы. Совесть его чиста, ибо она отсутствует вообще как социально значимое явление».