«[В описываемый период конца 40-х годов] страна, [казалось бы], готовилась к жизни после великой победы, а вместо этого снова закрутили все гайки и погнали строем не поймёшь куда. И при этом появились всякие враги, в частности космополиты. Что такое космополит? Космополит — это «человек мира» … человек, который выходит в рефлексивную позицию в своей Вороньей слободке, становится космополитом. Это то самое, к чему призвал Маркс и чего он требовал от каждого человека, доказывая, что только тот, кто вышел в рефлексию и начал рассматривать мир как объект своего действия может стать человеком. В тех обстоятельствах [конца 40-х годов в СССР] такая красивая формула — «человек мира» — становилась вдруг ругательством, прозвищем. Ярлыком, который навешивался на человека. Этим пестрели газеты. И это тоже способствовало рефлексии и самоопределению. Надо было самоопределяться, и каждый должен был спросить себя: «А я кто?». И таким образом вот эта странная, реакционная, подлая ситуация способствовала пробуждению самосознания и вынуждала каждого становится человеком. Выталкивала его — принудительно и насильно! На философском факультете к тому, что писалось в газетах, мы относились, вырабатывая свою нравственную, этическую точку зрения. Одни принимали это, другие не принимали. У меня есть подозрение, что если нечто подобное будет происходить сейчас, то при всем отличии нашего времени от того, что было, это будет очень резкой ситуацией для каждого человека, поскольку тут замешаны и национальные интересы, и отношения, и невежество, и мифы, на которых мы жили многие десятилетия…». Далее, развивая эту линию рассуждения, ГП утверждает, что успешным будет только такое самоопределение, в ходе которого человек сможет начать мыслительное оформление своей рефлексии, «освоение» ситуации и программы своих будущих действий «мыслью». Только так можно получить «мыслительную картину мира и действий в нём», своего рода «идеальный мир», задающий условия дальнейшей жизни интеллигентного человека. А для этого, с одной стороны, придётся выйти в пространство мировой культуры, а с другой стороны, привести своё актуальное действие в соответствии с нормами этого идеального мира. «А это значит — продолжает ГП, — не трусить… Это значит иметь убеждения и установки, и проводить их, даже когда угрожают и запугивают. А угрожают и запугивают постоянно. Но человек должен жить так, чтобы реализовать свои убеждения и принципы… Если ты живешь, — продолжает ГП, — у тебя каждый момент возникает ситуация выбора и самоопределения. А если ты не живешь, а существуешь, то все спокойно и никакой ситуации выбора [нет]…». Георгий Петрович настаивает на необходимости «вернуть человеку его активную, деятельностную роль и понимание того, что он Человек и он Действует, а не только влеком потоком событий, где его отправляют в одно место, в другое, в третье…». Но для этого нужна другая философия и другое мировоззрение. Продолжение следует