«Зиновьев и Щедровицкий: чему нас может научить опыт самоопределения двух отечественных философов второй половины ХХ века?» 15 В России надо жить долго. У того, кто живет долго, есть преимущество в интерпретации истории, акцентировании одних и замалчивании других событий. В 1979 году Александр Александрович Зиновьев публикует «потерянную» на предшествующем этапе часть романа (в виде отдельной книги под названием «В преддверии рая»), Эвальд Васильевич Ильенков кончает жизнь самоубийством, а Георгий Петрович Щедровицкий запускает маховик «организационно-деятельностных игр». В новой публикации Зиновьева присутствует целая линия с прямым намеком на деятельность Щедровицкого-старшего и юмористическое описание своей роли в ранний период их взаимодействия. Она так и называется: «методологи». Герой этой линии, Продолжатель или ГеПе, конечно, легко узнаваем. Как, впрочем, и сам Зиновьев, фигурирующий в этом описании под ником Основателя. Любопытна также авторская версия описания исходной ситуации знакомства и первых шагов взаимодействия этих литературных персонажей. Позволю себе её напомнить. «[Движение методологов] возникло так. Один веселый пьяница-студент университета [Основатель], которого несколько раз собирались исключить за сомнительные высказывания, но проявили гуманизм, поскольку студент был участником войны и выходцем из крестьян, поклялся на спор, что он прочтет «Капитал» Маркса от корки до корки. Произошло это, естественно после того, как студент осушил не менее поллитра водки и плохо соображал, где он находится и с кем имеет дело. В трезвом виде он такую глупость не сделал бы ни за что, так как был парень неглупый. Очухавшись на другой день на квартире у Гепе [речь идёт о квартире на Соколе, где в этот и многие другие разы «откачивала» Зиновьева моя бабушка Капитолина Николаевна] и увидев перед носом три толстенных тома «Капитала» и еще несколько томов сочинений того же автора и его ближайшего друга и соратника Фридриха Энгельса, связанных с «Капиталом» неразрывными узами [они действительно стояли так, что их можно было видеть лёжа с кровати] будущий основатель движения методологов впал в такое уныние, что его потом три дня не могли сыскать ни в одном вытрезвителе, отделении милиции, морге. Нашли его случайно в чужой квартире на кухне. Он спал на столе, полураздетый, подложив под голову грязную лохматую дворняжку. Осталось неизвестным, пропил ли он свою одежду сам или был раздет грабителями. Раздобыв Основателю кое-какое тряпье, Гепе и другие ученики Основателя /а он к этому времени уже имел учеников, хотя еще не имел учения/ приволокли его прямо на некое заседание, на котором обсуждалась некая проблема. И с ходу вытолкнули Основателя на трибуну. Выругавшись довольно внятно матом, Основатель закатил совершенно невнятную речь, обнаружив блестящее знание «Капитала» и всех прилегающих к нему сочинений всех авторов. С тех пор Основатель стал считаться самым тонким знатоком «Капитала» в Стране. Пошел слух, что он прочитал «Капитал» от корки до корки по меньшей мере пять раз. Потом молва увеличила число прочтений до двенадцати. Сам же Основатель не раз в пьяном виде признавался своим собутыльникам, что он скорее сдохнет, чем будет тратить время на эту муть, что он сам такую ерунду может выдумать тоннами и километрами. Но ему не верили, ибо никто не был способен сам выдумать даже одной страницы из «Капитала». И Основатель махнул на это дело рукой.