7. Процесс рационализации общественных отношений понимался западниками как замена связей непосредственного, эмоционального, традиционного характера — государственно-правовым порядком (Кавелин); на определенном этапе исторического развития силой, прокладывающей путь правовому порядку и тем самым освобождающей личность, была централизованная абсолютная монархия. Славянофилы, соглашаясь с этим диагнозом, сам процесс оценивали совершенно иначе: государственно-правовая рационализация была для них другой стороной внутренней, органической атомизации общества. Идеалом славянофилов была непосредственная, «органическая» связь индивида с коллективом, связь не институционализированная, основанная на общей вере, традиции и обычаях, сохранившаяся, по их мнению, в русской крестьянской общине. 8. Важным спорным вопросом было также отношение к народу и народной культуре. Как славянофилы, так и западники — при совершенно различной оценке самого факта — считали народ главной опорой иррациональной традиции, а «образованное общество» — главным носителем общечеловеческих ценностей, таких как «личность» и «сознание» (в западническом понимании этих слов). Из этого делались диаметрально противоположные выводы: славянофилы провозглашали необходимость «возвращения» интеллигенции в народ, придания консерватизму «народного» характера; западники же ставили задачу преобразовать народ в «нацию», т. е. в народ, достигший «эпохи сознания», «индивидуализированный мыслью». Отсюда вытекали крайне существенные различия в понимании российского исторического процесса, в оценке реформы Петра Великого, в концепции народа и «народности» литературы, во взглядах на фольклор и т. д. 9. Последний пункт, по сути, включает в себя все остальные. Речь идет об отношении к капитализму. Следует подчеркнуть, что линия разграничения в этом вопросе осознавалась противоборствующими сторонами не одинаково ясно: «самосознание» славянофилов опережало здесь «самосознание» западников. Славянофилы последовательно критиковали капитализм с консервативно-романтических позиций, с позиций максимальной сублимации ценностей, связанных с докапиталистическим типом личности и общественных отношений. Для западников же главным врагом был как раз докапиталистический уклад, т.е. феодализм в широком, марксистском понимании этого слова; как русский феодализм, так и западноевропейский капитализм они оценивали с «надбуржуазной» точки зрения, т. е. с позиции максимальной сублимации либерально-демократических ценностей, а значит, в конечном счете, ценностей, неразрывно связанных с развитием капитализма и антифеодальной борьбой европейской буржуазии. Внутренняя логика славянофильской мысли вела к отрицанию капиталистического пути развития России; западничество как структура мышления влекло за собой одобрение буржуазного пути развития. Неприятие этого вывода было равнозначно разрыву с западничеством — именно так произошло с Герценом… »