История философии России — 122. Правовой социализм Гессена «Гессен явно стремился отмежеваться от концепции "юридического социализма" Антона Менгера. На первой же странице своего труда он объясняет, что менгеровский юридический социализм, как и другие концепции государственного социализма, не имеет ничего общего с его собственными взглядами. В самом деле, их воззрения были диаметрально противоположны. Менгер провозглашал полную отмену частного права, которое при социализме должно было быть заменено административно-бюрократическим регулированием, осуществляемым органами демократического Государства труда. В противоположность этому, русский мыслитель видел самую сущность права в обеспечении субъективных прав и защите определенных правом сфер частной жизни, в том числе экономической свободы… » А. Валицкий Переходим к рассмотрению первого значительного труда С. И. Гессена (1887–1950), посвященного философии права. Речь идет о серии статей «Проблема правового социализма», опубликованных первоначально в эмигрантском журнале «Современные записки» в 1924–1928 годах, а затем собранных в отдельную книгу «Правовое государство и социализм» (разумеется, в данном случае термин «социализм» используется мыслителем не так, как это принято в марксистской традиции). Прояснить суть и избежать превратных трактовок гессеновской концепции «правового социализма» нам поможет седьмая глава работы А. Валицкого (1930–2020) «Философия права русского либерализма» (Оксфорд, 1987, русскоязычный перевод – 2012) под названием «Сергей Гессен: послереволюционный синтез». В данном очерке остановимся подробнее на том, как Гессен понимал «кризис либерализма», который, по его мнению, оправдывал переход к «правовому социализму». Приводим выдержки из текста: «Чтобы понять намерение Гессена, требуется соотнести его работу к большим дебатам на тему правового государства в российской либеральной мысли, в которых значение слова "правовой" легко отличалось от узко понятого "юридический". Как я написал в этой книге ранее, для русских либералов термин правовое государство означал "государство, основанное на принципах права" или "государство, ограниченное правовыми нормами", и применялся (как это сделал Богдан Кистяковский) не только к описанию либеральных форм государства, но также к либеральной разновидности социализма. В понимании Гессена "правовой социализм" был, в сущности, синонимом либерального социализма — своеобразного синтеза социалистической программы с либеральной „идеей права". <…> … Гессен усматривал существенную функцию права в ограничении власти государства и решительно отвергал всякого рода правовой позитивизм, включая, конечно, и все формы государственного социализма. В своей автобиографии он подчеркивал, что своеобразие его политико-правовой концепции состояло в идее правового регулирования экономики ("оправовление") противопоставленной "огосударствлению" экономики. В противовес утопистам, выступавшим за отмену права или за превращение его в простой инструмент (орудие) их воли, он рассматривал право как часть великой исторической традиции и придавал особое значение мысли, что функция права — это ограждение "непроницаемости личности для другого лица". Он был глубоко привержен к либерально-индивидуалистическим ценностям и полностью согласился бы с тезисом, что "политическим выражением той культуры, с которой тесно связан подлинный индивидуализм, является не государство, но право, право не как произвольная воля суверена или как поток законодательных актов, "реформирующих" то либо другое, но право как некая живая и продолжающаяся традиция, опирающаяся на веру в справедливость и максимум индивидуальной независимости". Поэтому очевидно, что он поддерживал классическую идею правопорядка, а не "юридизацию" жизни в смысле всеобщего регулирования при помощи множества мелких предписаний.