Главным научным достижением Кистяковского в то время стала большая статья "Русская социологическая школа и категория возможности в разрешении социально-нравственных проблем", опубликованная П. И. Новгородцевым в сборнике статей "Проблемы идеализма". Макс Вебер заметил ее и использовал некоторые ее идеи в своей собственной теории "объективной возможности". <…> Он [Кистяковский] рассматривал революционные события с позиций всероссийского либерального движения, и его понимание революции было довольно глубоким. Макс Вебер избрал именно Кистяковского своим основным консультантом, когда писал свою книгу "Zur Lage der bürgerlichen Demokratie in Russland" (1906). <…> В 1912 г. он стал главным редактором возрожденного "Юридического вестника", престижного органа Московского юридического общества, издававшегося ранее С. А. Муромцевым. Кистяковский публиковался во многих журналах ив 1916 г. издал сборник своих статей под общим заголовком "Социальные науки и право". Эта книга в семьсот страниц по праву считается делом его жизни (magnum opus). Согласно Вучиничу, который изучал социологическое содержание этого труда, "ни одна русская работа по социологии досоветской эпохи не сравнится с главным трудом Кистяковского по объему исследуемых проблем, глубине эпистемологического анализа и логической разработке методологии". Такая высокая оценка, данная многие годы спустя после выхода книги, не была общепризнанной при жизни Кистяковского. Он был явно недооценен и не занял центрального места в российской политической и интеллектуальной жизни. Как политик, он, пожалуй, был слишком погружен в украинские проблемы и к тому же слишком разочарован отношением к ним кадетов, чтобы приобрести вес в кадетской партии. Интеллектуально он также стоял особняком, потому что вполне сознательно отстранился от трех главных течений в российской социальной философии — народнической "субъективной социологии", марксизма и метафизического идеализма. То же можно сказать и о Петражицком, но у него эти недостатки искупались своеобразием его теории и тем влиянием, которое он оказывал на своих многочисленных студентов и учеников. Иными словами, Кистяковский воспринимался как автор многих признанных научных работ, но не как ведущий мыслитель. Есть, однако, существенное исключение из этого тезиса. Одна из многочисленных работ Кистяковского взволновала всех мыслящих россиян и стала предметом всенародных дебатов. Это была его статья из сборника "Вехи", озаглавленная "В защиту права. Интеллигенция и правосознание". Во всех отношениях, по своей форме, содержанию и историческому значению она была и остается в своем роде классической. Это лучшее из когда- либо написанных введений в проблему российского "правового нигилизма" и чрезвычайно значительный вклад в полемику о праве в истории русской мысли. Последние годы жизни Кистяковского были связаны с родной Украиной. После Февральской революции он получил кафедру права в Киевском университете. В 1919 г. был избран в Украинскую академию наук, которую он помогал основать и которая, по словам Вучинича, "стала символом единства возрожденной украинской национальной самобытности и мира современной науки". Однако в следующем, 1920 г., Кистяковский скоропостижно скончался. Преждевременная смерть спасла его от неизбежных разочарований, которые так или иначе ему было бы суждено испытать в будущем».