… общепризнано, что создателем первой поистине исчерпывающей, систематической и методологически разработанной психологической теории права был "русско-польский мастер". Его "Очерки по философии права" были только первым наброском, общей схемой этой теории, но при этом основная идея была выдвинута Петражицким с такой силой и последовательностью, что в этом можно видеть намеренный вызов юридическим кругам. Феномен права, утверждал Петражицкий, это определенное состояние рассудка и как таковое не требует существования государства или, в сущности, любой другой формы социальной организации, издающей приказы и подкрепляющей их силой. Чтобы поддержать этот тезис, автор "Очерков" привел ряд совершенно необычных примеров. Вообразим, — писал он, — жителя Земли, встретившего на Марсе человекообразное существо, которое берет что-то у него и не желает возвращать: землянин наверняка почувствовал бы, что этим нарушается его законное право, даже если бы он понимал, что марсианин не связан никаким установленным правопорядком, существующим на Земле. <…> Для появления ощущения законных прав и обязанностей необязательно даже реальное существование ("реальное" в смысле внешней реальности) другого существа: некто суеверный либо сумасшедший может захотеть продать свою душу дьяволу, и чувства такого лица после подписания соответствующего контракта можно было бы классифицировать как правовое явление, в сущности, не отличающееся от ощущения своих прав и обязанностей, сопряженных с любым другим договорным отношением. <…> Приведенные утверждения, повторявшиеся (хотя и в гораздо более широком контексте) в позднейших работах Петражицкого, стали главным поводом для обвинений их автора в крайнем "субъективном идеализме", а то и в солипсизме. Такие обвинения, выдвигавшиеся в основном марксистами, хотя и не только ими, можно найти даже в новейшей литературе. На самом деле Петражицкий определял философию как высшее познание "реальности", то есть двух классов явлений, на которые он разделял то, что "реально": классы психических явлений и классы физических (материальных) явлений, существующих независимо от ума. <…> Чичерин приветствовал нападки Петражицкого на концепцию права Иеринга как "защищенных интересов"; Трубецкой пошел дальше, ибо он принял критику Петражицким всякого "правового позитивизма". Право, доказывал он, нельзя определять через государство, поскольку само государство — это правовой союз, и таким образом оно предполагает право, а не предшествует ему. Определение права как совокупности норм, принудительно осуществляемых людьми, стоящими у власти (необязательно власти государственной), еще хуже, ибо такие нормы могут выбираться произвольно и вследствие этого быть незаконными. С другой стороны, каноническое право — это право, международное право — также право, хотя за ними вовсе не стоит организованное принуждение (эти примеры были указаны самим Петражицким). Все теории, отождествляющие право с официально признанным позитивным правом, создают заколдованный круг: "Они сводят право к внешнему авторитету, который, в свою очередь, представляется видом права". Поэтому мнение Петражицкого о том, что официальное позитивное право является фактически только особой разновидностью права, должно быть полностью принято. <…>