История философии России – 98. Петражицкий и основные школы философии права «Чтобы определить место, которое занимал Петражицкий не только в истории теории права, но, прежде всего, в интеллектуальной истории России, представляется целесообразным рассмотреть его психологическую теорию права, а также его воззрения на основные школы науки права того времени в связи с тем, что он считал исторической задачей и нравственным призванием русских правоведов. Этой задачей было ответить на вопрос: как повысить уровень правовой культуры в России и преобразовать ее в правовое государство». А. Валицкий Тема данного очерка – отношение выдающегося русско-польского мыслителя и ученого Л. И. Петражицкого (1867–1931) к основным философско-правовым учениям его времени. В частности, мы рассмотрим его критику «юриспруденции интересов» (утилитарной правовой философии) немецкого правоведа Рудольфа фон Иеринга (1818–1892), разного рода юридического позитивизма («правового идиотизма», согласно Петражицкому) и исторической школы права. Так, важно показать отличие подхода русско-польского ученого к «науке политики права» (которую также часто неверно отождествляли с узким утилитаризмом) от правого «практицизма» в строгом смысле этого слова. В этом нам поможет четвертая глава работы А. Валицкого (1930–2020) «Философия права русского либерализма» (Оксфорд, 1987, русскоязычный перевод – 2012) под названием «Лев Петражицкий: теория правосознания против правового позитивизма». Данное рассмотрение предваряет описание психологической теории права Петражицкого, к которому мы перейдем в дальнейшем. Приводим выдержки из текста: «В противовес концептуальной юриспруденции (Begriffsjurisprudenz) с ее почитанием логики, школа Иеринга предпочла защиту "практических интересов". В результате были утрачены два основных принципа честной науки: (1) субъективный принцип бескорыстного поиска истины и (2) объективный принцип достаточного логического обоснования. <…> Историческое обоснование такого подхода к праву намечено уже в книге Иеринга о духе римского права: источник древнеримских добродетелей виделся Иерингу в сильном и беззастенчивом эгоизме древних римлян, римское право трактовалось им как основанное на их эгоистической силе и именно потому выставлялось автором как образец правопорядка. На практике, добавлял Петражицкий, Иеринг не зашел так далеко, как это позволяла бы его теория, и немецкая юриспруденция пока еще не настолько разложилась, поскольку немецкие юристы до сих пор придерживались доброй традиции своей профессии. Однако на теоретическом уровне они не могли более защищать возвышенный идеал права. В глазах Петражицкого это было показателем общего культурного кризиса, всеобщего и глубокого "помрачения умов и сердец".