По возвращении в Россию Петражицкий блестяще защитил докторскую диссертацию (об акционерных компаниях) и в 1897 г. получил кафедру энциклопедии и философии права (то есть общей теории права) в Императорском Санкт-Петербургском университете. Ранее кафедру возглавлял Н. М. Коркунов, пользовавшийся большой популярностью среди студентов. Однако популярность Петражицкого вскоре затмила славу его предшественника. По словам Петражицкого, он "думал по-польски, писал по-немецки, а лекции читал по-русски", переводя свои мысли с польского на немецкий, а затем на русский. Поэтому неудивительно, что его русский язык, как с некоторым сарказмом заметил американский переводчик его книги, не был "особенно хорош или безупречен". Несмотря на это, поразительная оригинальность его идей и сила его убежденности, которая обнаружилась в начале цикла его лекций в резком утверждении, что только в его работах юриспруденция поднялась до уровня науки, позволяли ему оказывать почти харизматическое влияние на студентов. "С самого начала нового столетия он был едва ли не самой выдающейся личностью юридического факультета. На его лекциях переполнялись самые большие аудитории (в которой помещалось более тысячи студентов)". <…> О влиянии Петражицкого может говорить и тот факт, что он был одним из немногих российских профессоров, создавших собственную научную школу. Он сумел внушить активную заинтересованность к своему предмету: студенческий кружок по философии права, организованный по его инициативе, был самым большим в университете и достигал впечатляющей цифры 500 или даже 600 членов. Его популярность среди профессорского состава была столь же велика: блестящим доказательством этого стало его избрание на первых свободных выборах — когда университет получил автономный статус — деканом юридического факультета. Значительное место в деятельности Петражицкого, да и во всей истории российского либерализма, занимает начало издания первой русской газеты, посвященной борьбе за развитие правовой культуры в царской России. Газета была организована усилиями И. В. Гессена (будущего главного редактора), его двоюродного брата В. М. Гессена и приват-доцента А. И. Каминки. Все они происходили из еврейской среды, что достаточно типично, так как евреи наряду с поляками были национальным меньшинством, наиболее пострадавшим от отсутствия гражданских свобод, неравноправия и общего отношения к праву в Российской империи. Инициаторы этого еженедельника вначале не решались пригласить Петражицкого для работы в редакционный совет, — он казался им слишком знаменитым, высокопоставленным и слишком погруженным в чистую теорию. Однако он сам предложил им свое сотрудничество и, конечно же, был с радостью принят. <…> Еженедельник назывался "Право" — это слово (цитируя Роско Паунда) "во всех славянских языках означает как объективный "закон", так и субъективное "право"; то, что "законно", и то, что "справедливо" (justum и dextrum). Согласно И. Гессену, это прекрасное слово вскоре стало "частицей души" всех издателей и авторов газеты, избравших для нее это название. <…>