История философии России – 88. Чичерин о праве и целях «Если право неотделимо от свободы личности, отсюда [по Чичерину] следует, что оно не должно заниматься целями человеческой деятельности. Его подлинная функция состоит в формулировании общих начал поведения, а не в установлении каких-то определенных целей. Нормы права должны быть "бесцельны", независимы от целей, негативны по отношению к ним, поскольку выбор целей, положительных мотивов какой-либо активности должен быть предоставлен самим индивидам. Право ставит необходимые пределы личной свободы, но внутри этих границ личность должна иметь полную свободу в исполнении собственных целей. Поэтому право нельзя рассматривать как инструмент целенаправленной коллективной деятельности». А. Валицкий Данный очерк о философии права Б. Н. Чичерина (1828–1904) посвящен такой проблеме, как соотношение права и инструментальной сферы. Для Чичерина право (собственно право, то есть право «гражданское» или «частное») представляет собой особый вид норм, которые ограничивают свободу человека равной свободой другого человека во всеобщем контексте. Это нечто сугубо формальное. Иначе говоря, это институализированная защита «негативной свободы» человека. Необходимо уточнить, что Чичерин не сводил всю свободу к «негативной свободе» и не отрицал другие ценности, помимо правовых. Он лишь утверждал, что своеобразие именно правовых ценностей состоит в отсутствии содержательного предопределения целей. Целесообразность права-как-права, таким образом, заключается в охране и очерчивании пространства, в рамках которого такие цели (имеющие внеправовой характер) могут быть поставлены. Впрочем, концепция соотношения «права» и «целей» в философии Чичерина предполагает ряд нюансов, которые следует прояснить. Для этого обратимся ко второй главе работы А. Валицкого (1930–2020) «Философия права русского либерализма» (Оксфорд, 1987, русскоязычный перевод – 2012) под названием «Борис Чичерин: "старолиберальная" философия права». Приводим выдержки из текста: «Борьба с инструментализацией права, с любыми попытками интерпретации права как средства к реализации неких заранее задуманных позитивных целей — политических или социальных, утилитарных или нравственных — была лейтмотивом философии права Чичерина. Однако мы должны помнить, что он имел в виду при этом только "собственно право", то есть право частное. В сфере публичного права общие интересы государства имеют решающее значение, и личная свобода должна здесь подчиняться общественной пользе. Публичное право занимается не свободой личности, но общественными обязанностями, и поэтому не может быть независимым от целей; всякий отдельно взятый гражданин должен иметь свободу исполнения своих собственных, свободно избранных целей, но чиновник не должен использовать свое положение в личных целях. Государственная регуляция неизбежно целенаправленна, и поэтому в сфере общественной службы всегда существует некоторая напряженность между соблюдением общих принципов и реализацией конкретной политики. Чичерин видел такую же напряженность между общими абстрактными принципами и решением конкретных практических проблем во всей сфере публичного права. Оно включает в себя законы, более или менее общие, более или менее стабильные, словом, более или менее "правоподобные". Согласно Чичерину, некоторые правительственные постановления вообще не заслуживают названия "закона", даже если понимать их в самом метафорическом смысле слова. К таким постановлениям относятся особые распоряжения по поводу отдельных событий или конкретных практических проблем, а также различные виды административных инструкций, постановлений (Verordnungen, Reglements) и т.д.