Минобороны объявило бомбардировку больницы в Мариуполе постановкой, что, конечно, многих возмутило. У меня нет причин возмущаться тому, что я понимаю — даже если для этого приходится рационализировать зло. Иными словами, я осознаю почему чиновники от армии говорят то, что говорят. И поэтому не злюсь. Основа обсуждения любой темы, особенно очень тяжелой — это общее этическое и понятийное поле дискуссии. Обычно оно формируется само, просто потому что обе стороны конфликта выросли в одном дискурсе. Если ребёнок украл конфету в магазине, вам не приходится доказывать ему то, что он правда её украл, или объяснять, что воровать нехорошо — ребёнок и сам это знает. Вы можете сразу приступить к более важным вещам: например, объяснить, что в обществе бывает за воровство. А ребёнок в ответ может рассказать, что просто очень хотел сладкого, но попросить боялся, потому что вчера отказали. Есть о чем поговорить. Но что делать, если вы — ребёнок и не хотите, чтобы родитель вас отчитывал? Вы сознательно украли конфету, зная о всех возможных последствиях. Украсть было не случайным актом, а целью, сознательным делом. Что тогда? Тогда лучшее, что вы можете сделать — разрушить общее поле дискуссии. Вы не крали конфету. Вы не знаете, как она оказалась в кармане. Наверное, кто-то её положил туда, но вы не знаете, кто. А может конфета всегда была у мамы в руке? Всё совсем не так, вас обвиняют зря. Всё было совсем иначе. Эта конфета в кармане уже давно лежит. И вообще она невкусная, а вы не любите конфеты. Когда человек отрицает очевидное, поле дискуссии разрушается. Невозможно уличить вора, который не признает сам факт воровства. Выражаясь на языке российской дипломатии, человек «уходит в несознанку». Это ещё называется «методом изменяющего мужа» — застуканному с уликами мужчине советуют отрицать сам факт измены. Ничего этого не было, было совсем иначе. Ах ты не хочешь слушать, верить мне? Тогда о чём разговаривать! Смотри, дорогая, ты сама не хочешь говорить больше, обсуждать мои аргументы. Ты сдалась, значит, твоя концепция несостоятельна. Это приводит к отказу от дискуссии. В обычной ситуации вы просто испытаете гнев, расстройство, обиду, усталость, и откажетесь от дальнейшего разговора. Словно ваш собеседник вдруг «забыл» русский язык. Кроме того, настойчивость в утверждении отличной от вашей версии может понемногу давать плоды: «Ну если они так упорно утверждают, то может и правда не всё так очевидно, как мне кажется?». Работа дипломата, чиновника, пресс-представителя — врать на голубом глазу. Your shit and my stuff. Белое — это чёрное. Война — это мир. Создавай ощущение безумца, который всё видит иначе. Убеждай человека, что это он ослеп. Может, он даже поверит в это. Главное, что мамка не заругает.