Санкции, которые накладывают на Россию западные страны, будут ужесточаться, они очевидно будут делать хуже России и россиянам, но войну остановить они не смогут — вот такой вот парадокс. Я думаю что Путин и его окружение убеждены, что санкции наложили бы и так. Там размышляют: «Они сами нападают, мухлюют, а нам — нельзя. Они нас просто унижают. Хватит это терпеть, надо действовать. Я им предлагал мир в Украине: отдайте нам Донбасс, заставьте этих американских марионеток в Киеве выполнять соглашения, а они просто тянут время. Санкции конечно будут тяжелыми, но они от нас зависят — всё утихнет, и самые тяжелые снимут». Как диванный путинолог, я думаю так: сейчас происходит апофеоз глубокой, глубинной, прости-господи, геополитической обиды Путина на Запад. Он видит себя личностью исторического масштаба, Украину — частью своей страны, которая «пошла погулять» и «загулялась». Он считает, что Европа ничего не решает, что это просто сателлит Америки, а Америка хочет ослабить Россию ползучим образом, задушить, промять, отравить, унизить. Он считает, что России на Западе ловить больше нечего — как равного партнёра нас больше не принимают, поэтому надо говорить на языке силы, как это делают те же США. Мы наблюдаем травматическую ампутацию «европейской» руки России — страна сама отпиливает себе конечность из обиды. Раз один мировой гегемон с нами не считается, мы пойдем в сторону другого — Китая. Из условной Польши при условной Германии мы становимся условной Беларусью при условной России. Намечается политический, культурный, экономический водораздел. Если раньше Европа заканчивалась в районе Москвы (а то и Екатеринбурга), то теперь границу двигают танками в сторону Киева. Всё, что восточнее — Азия, идите в жопу со своими европейскими ценностями. Что это значит для нас? Это значит, что в России станет жить заметно хуже, на всех уровнях. Хуже медицина, дороже электроника, бытовая техника, хорошие автомобили снова станут роскошью. Сложнее путешествия. Меньше доступных сервисов. Меньше западных звёзд: концертов, фестивалей, музыки, искусства. Государство будет сильнее давить медиа и пытаться регулировать соцсети. Замедлят, ограничат, заблокируют всё, что можно. Произойдет обиранивание страны (от слова Иран) с оттенками окитаивания. Я думаю, что страна не скатится в ад одномоментно, как нас пугают — у России довольно устойчивая экономика и есть запас прочности. Но через 1-2 года разница будет заметна, а через 5-10 лет вы испугаетесь, оказавшись в России, с ужасом не узнаете её. Сложнее и дороже станет понемногу всё, что кажется сейчас обыденностью. Для многих привычных нам компаний работа в России станет сложнее или невозможной. Российское в мире в среднем станет токсичнее, приобретет легкий привкус говна. Из-за того, что случится разворот, либеральность станет опальной. Интеллигенты проснутся диссидентами. Будет много запретов, показных политических дел. Не забывайте, что в ситуации государственной цензуры сам факт цензуры цензурируется. Будет сложнее рассказывать о политических делах, тяжелее собирать информацию, понимать, что вообще происходит в стране. Усилится давление на меньшинства. У системы большой запас прочности и есть глобальная команда «не жалеть сил» ради поддержания стабильности. Довольно большая прослойка людей с про-западными взглядами станет вдруг «демшизой», которую будут выдавливать, сажать, мучать. Начнётся большая вынужденная творческая эмиграция, из России уедут сотни тысяч человек, как в 90-е. Также десятками тысяч в год на Запад поедут айтишники, ученые, все, кто может попробовать пристроиться в Европе или Штатах. Берлин, Лондон, Нью-Йорк, Сан-Франциско станут еще более русскими городами. Если вы задумываетесь об эмиграции, то делать это лучше прямо сейчас, пока конкуренция ниже. Не бойтесь потерять друзей — вы скоро увидитесь с ними здесь. Опять появится поколение «русских эмигрантов», как в 20-е. Только вместо поэтов и писателей это будут дизайнеры и журналисты.