Как признаются в любви по-русски:

«Дорогая! Я люблю тебя и хочу жениться на тебе, и всегда быть вместе, несмотря на все трудности, не смотря на ковид и на мой скверный характер».

Как признаются в любви по-немецки (в переложении на русский):

«Дорогая! Я люблю тебя, и вместе несмотря на все трудности, ковид и скверный характер быть хочу и жениться по».

Одна из самых сложных вещей в немецком для меня — строгий порядок слов и необходимость отправлять инфинитивную часть глагола в конец предложения. Эти и другие особенности языка заставляют выстроить всю фразу в голове целиком, до того как начал его говорить. Язык — это «Лего», но собирать можно только то, что нарисовано на коробочке.

В русском мы можем нанизывать слова, додумывать пока говоришь. Можно начать признаваться в любви, в процессе признания передумать и к концу проклясть любимого — и с точки зрения языка это будет нормик, понятно и правильно, высокий штиль: «Я люблю тебя, но ты, Вася, конченная мразь, и я хочу быть с тобой просто потому что без тебя мне будет хуже, чем с тобой. Женись на мне, или я передумаю сейчас же». Русскоязычная мысль — это ребенок, которого закрыли в магазине со сладостями.

В немецком когда человек признается в любви, он не только точно уверен в своих чувствах, он уже знает какую квартиру в ипотеку вы возьмете через 4 года, как назовете кота, которого заведете к рождению третьего ребенка и в какой месяц развестись, чтобы не переплатить налогов. Немецкая фраза рождается вместе с костюмом, окладом и штатным расписанием, целиком.

Впрочем, по-японски будет как-то так:

«Я люблю тебя. Ковид, скверный характер, трудности — плохо. Быть вместе? Жениться?»

Господи! Помоги мне выжить среди этой смертной любви!