Почему чукчи называли своих детей неприличными именами Среди имен, которые чукчи дают своим детям, довольно часто встречаются такие, которые в переводе на русский язык звучат неприлично. Чукотский писатель Юрий Рытхэу рассказал о людях с неприличными именами в своем автобиографическом произведении «Дорожный лексикон». Отдельные главы этой книги были опубликованы в питерском журнале «Звезда» (№ 4 за 2009 г.). Автор отметил, что жители заполярной тундры всегда давали своим детям самые разные имена. Среди них встречались как благозвучные, так и вызывающие недоумение. Например, в Чаунской тундре благополучно проживал уважаемый оленевод по имени Выргыргылеле, чье имя можно деликатно перевести на русский язык как «Гремящий детородный орган». Сам чукотский писатель назвал его «Гремящий х...». Это имя, кстати, помешало своему носителю сделать карьеру. Оленевода выдвинули было в областной Совет, но затем его кандидатуру вычеркнули из списка для голосования. А все потому, что советские начальники узнали, как с чукотского языка переводится Выргыргылеле. Вообще, на Крайнем Севере среди мужских имен не так уж и редко встречается обозначение полового члена. «Так, в педучилище со мной учился парень с ласковым именем Лелекай – Маленький х.., в Энемеленском совхозе в свое время был широко известен китобой Алелекэ – Бесх..вый. Мне был известен некий Лелетке – Аромат х...», – написал Ю.С. Рытхэу. При этом сами чукчи не видели ничего неприличного в подобных именах. Они относились к половому члену как к любому другому органу, не умаляя и не преувеличивая его значения. Поэтому сына могли назвать и Лылекэй (Глазок, Маленький глаз), и Лелекай. Кстати, ни единого упоминания женских половых органов в именах представительниц прекрасного пола чукотский писатель никогда не слышал. Он предположил, что на это счет в его народе существует некое табу. Список чукотских имен, которые могут показаться неприличными представителям других народов, не ограничивается лишь частями тела. Например, исследователям известно имя Аляпэнрын (Бросающийся за дерьмом). Известный этнограф Владимир Тан-Богораз тоже обратил внимание на эту особенность чукотской антропонимики. Он написал о подобных именах во втором томе своей научной работы «Чукчи» (Ленинград, 1939 г.), который посвящен религиозным воззрениям жителей Крайнего Севера. Исследователь не поверил, что люди могут давать свои детям столь непристойные, по его мнению, имена. Он считал, что Rьg-ŋojŋьn (Волосатый задний проход) или Lolo (Детородный член) – это нечто вроде шутливых и ласковых прозвищ, полученных людьми от членов семьи и близких. В.Г. Тан-Богораз также упомянул и весьма обидные антропонимы, которые переводятся как «Ползающий на коленях» и «Совсем завравшийся». Действительно, в малозаселенной тундре, где все люди были знакомы друг с другом, имена людей чем-то напоминали прозвища. При этом традиционная чукотская антропонимика не знала ни отчеств, ни фамилий. Многие жители Крайнего Севера обзавелись ими только в советское время, после массовой паспортизации.