Отгремели новогодние праздники и ИПП возвращается в рабочий режим. И сразу с отличными новостями. В журнале Applied Economics Letters на днях вышла публикация наших сотрудников Дмитрия Скугаревского и Руслана Кучакова. В ней анализируются меры господдержки малых и средних предприятий в условиях пандемии COVID-19 в России. Авторы сопоставили данные о доходах/расходах и численности сотрудников организаций с реестром предприятий, получивших поддержку в 2020 году. В итоге они не смогли обнаружить значимого позитивного эффекта от проводимой политики ни для сохранения рабочих мест, ни для доходов организаций. Наиболее вероятным объяснением является ошибочная стратегия выбора целей государственной поддержки. Мы уже в свое время писали аналитическую записку об ограничениях подхода к выбору организаций, пострадавших от пандемии и имеющих право на поддержку. Краткая история вопроса. В апреле 2020 года правительство утвердило перечень из наиболее пострадавших отраслей экономики. Базой для поиска пострадавших стали основные коды ОКВЭД, указываемые при регистрации организаций. Только организация с кодом ОКВЭД, включенным в перечень, получила право на участие в программах господдержки. Но это оказался не самый удачный вариант решения сложной задачи сохранения рабочих мест. Как результат, только за 2020 год правительству пришлось 7 раз расширять перечень пострадавших отраслей. Почему так получилось – читайте подробнее на английском статью и на русском аналитическую записку по ссылкам выше.