Не так давно журналист Илья Варламов опубликовал видео о 10 самых опасных городах России: по возрастающей опасности идут Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Ростов-на-Дону, Шахты (Ростовская область), Челябинск, Благовещенск, Улан-Удэ, Магадан и, наконец, самый опасный — Кызыл. Варламов (или те, кто помогал ему готовить материал), судя по всему, смотрели на такие категории как общее количество преступлений, убийства и покушения на убийства, тяжкие преступления.

Идея отличная, но есть несколько классических ошибок, которые делают люди, незнакомые с криминологией и российской уголовной статистикой. Само по себе количество преступлений мало о чём говорит -- это средняя температура по больнице: мелкая кража "дешевле" с точки зрения общественных издержек, чем избиение (побои), а нападение "дешевле", чем убийство или изнасилование, но в общей статистике все они смешаны (при этом изнасилованию в такую статистику попасть сложнее из-за более высокой латентности, чем краже, но проще, чем убийству). Категория тяжкие преступления тоже не всегда включает в себя то, что мы предполагаем — насилие и убийства. Например, к тяжким относятся кражи в случае крупного размера. Кроме того, то, что преступлений больше в городе А, чем в городе Б может быть связано и с более многочисленным штатом полиции в городе А, которая работает "лучше" -- чаще регистрирует и раскрывает преступления, а в городе Б, наоборот, чаще их скрывает.

Поэтому лучше полагаться на что-то единообразное, сложноскрываемое и тяжеломанипулируемое — убийства. Это тоже непросто: во-первых, в России убийства нужно считать аккуратно — суммировать убийства (ст. 105 УК РФ) и тяжкие телесные приведшие к смерти (ст. 111 ч. 4 УК РФ) и не учитывать покушения и неумышленные убийства; во-вторых, правоохранительные органы в России не публикуют данные о преступности и убийствах на уровне городов. Мы в прошлом году сделали рейтинг убийственности городов России с прописанной методологией и открытыми данными, и там в топе самых убийственных: Кызыл, Артём и Уссурийск (Приморский край), Ачинск (Красноярский край), Улан-Удэ, Якутск, Находка, Благовещенск, Первоуральск и Чита. Москва по расчётам — самый безопасный город России: там регистрируется меньше всего убийств на 100 000 жителей. Забавно, что это напрямую противоречит анти-иммигрантской риторике Варламова, но при этом подтверждает то, что нам известно об иммигрантах из экономики преступности (в лице Jennifer Doleac): их присутствие не приводит к росту преступности.

Важно помнить, что в городах преступность распределена неравномерна: в США 50% всех преступлений совершаются в 4% мест. Так ли это в России? Пока в нашей стране данные о преступлениях с географическими координатами не будут общедоступны, как в США, мы об этом не узнаем.